Ну, а Прохор с Митрием не стеснялись - ударились в покатуху.
- Ох, - держась за живот, смеялся Митька. - Ты, сестрица, поди, на поле собралась - ворон пугать?
- Дурни вы, - ничуть не обидевшись, отмахнулась девушка. - Ничего в красоте женской не смыслите. Верно, Ваня?
Иван закашлялся:
- Да… уж… - И быстро перевел разговор на другое, с чего, собственно, и надобно было начинать. - Филофея, мы там братца твоего привели с Чертолья. До самого дому проводили, теперь вот лежит - отлеживается.
- Отлеживается?
Гостья побледнела, и улыбка сошла с лица ее.
- Да не переживай, цел он - ни одной царапины.
- Цел? Да что случилось-то?
- Думаю - сам расскажет.
Забыв и попрощаться, девушка убежала домой, к братцу, а Василиска, смыв под рукомойником наведенную красоту колодезной водицей, накинулась с расспросами - что да как?
Ей, конечно, рассказали… так, в общих чертах. А уж потом, после ужина, и совсем огорошили:
- Овдеева встретили, обратно на службу в Земский двор звал, - он теперя там почти главный начальник.
- Овдеева? - не поняла девушка. - А кто это?
- Стряпчий один… - пояснив, Иван рассмеялся. - То есть теперь уже не стряпчий - стольник. Недавно государем жалован!
- Та-ак, - протянула Василиска. - Опять, значит, на старую службу? Не знаю даже - радоваться иль грустить. Опасно ведь!
- Так жисть-то - она вообще опасная! - хохотнул Прохор.
А Митька добавил, что, в общем-то, они еще ничего не решили, и Овдееву ничего конкретного не обещали.
- Сказали лишь, что подумаем.
Василиска покачала головой - в нарушение всех старомосковских традиций, она сейчас сидела с парнями за одним столом - уж больно любопытно было, да и вообще - кого стесняться-то? Кругом все свои.
Парни тоже ей доверяли, а потому тут же, за трапезой, и приступили к совету. Стоит ли принимать предложение стольника? Не зазорно ли для чести? Подумав и поспорив, решили, что нет, не зазорно - все же ведь России служить будут, а не только царю. Сколько уж сменилось этих царей за столь короткое время, можно сказать, на глазах прямо - Борис, Федор, Дмитрий. Ребята, кстати, присягали одному Борису, Федору не успели, что же касаемо Дмитрия, то…
- Пусть хоть и самозванец, да ведь царь, - задумчиво произнес Митрий. - Нельзя ведь совсем без царя-то. Нешто тогда порядок будет? Да и не царю служить будем - Отечеству! Как и служили, не переставая. Опять же, ошкуя кто ловить будет? Овдеев ведь его недострелил, промахнулся.
- Овдеев, кажется, ничего человече, - утерев губы, заметил Прохор. - И самоз… государь к нему благоволит. Как-то под его началом служиться будет?
- Эх, был бы Ртищев!
- Что и говорить - уж Андрей Петрович нам бы растолковал, что к чему…
- Андрей Петрович бы растолковал? А у самого голова на что?
- Ладно вам спорить, - Иван поднял бокал. - Помянем Ртищева, братцы.
- Царствие ему небесное.
- Земля пухом.
Выпив, помолчали, задумались. Конечно, по всему выходило, что предложение Овдеева надо принимать - и Родине послужить, и так, для самих себя, чтоб бездельем не маяться. А порухи для чести тут нет никакой - царь Борис, которому присягали, умер, Федора - то ли убили, то ли сам убился, как бы то ни было, теперь царь - Дмитрий, расстрига он там или еще кто. Вот коронуется - и будет очень даже законным государем, и не важно, какое там у него прошлое. Честно говоря, Ивану Дмитрий был даже симпатичен - веселый такой, запросто подойдет, поговорит - не по-царски, конечно, но, черт возьми, приятно!
- К тому ж он нас должен помнить, - добавил Митрий и тут же поправился: - Я не говорю, что мы должны специально искать его милостей, но все ж таки и бегать от них не должны.
Иван вдруг расхохотался:
- Ай да Митька! Хорошо сказал, черт: не бегать от милостей.
- Ага, - в тон ему поддакнул Прохор. - Можно подумать, они на нас дождем сыплются, милости-то. Но, вообще - да, служить надо! Я - за!
- Я тоже! - тут же воскликнул Митька. - А ты - Иване?
- Ну и я - за, - подумав, махнул рукой Иван. - Куда ж я без вас?
Все трое молча повернулись к Василиске. Та улыбнулась:
- Что ж, мыслю - верно решили. И порухи чести тут никакой нет, не царям - Отечеству служите.
- Стало быть - так тому и быть! - подвел итог Иван. - Завтра с утра заявимся в приказные палаты.
- Оденьтесь получше, - напомнила Василиска. - Кафтаны я пересмотрю, где надо - заштопаю, а уж амуницию сами глядите.
