В июне семьдесят восьмого "Дельта" проводила учения на пустынном нагорье близ Эль-Пасо. По сценарию в горной хижине находилось несколько террористов и удерживаемые ими заложники. Одной из основных обязанностей снайпера было оказаться на позиции как можно раньше, и затем собрать всю возможную информацию о цели.
Быстро стемнело, как это обычно бывает в западном Техасе, и Борис уже несколько часов находился на позиции рядом с хижиной, укрывшись в каменистой осыпи. Человек, изображавший террориста, не знавший о находящейся на позиции снайперской группе, вышел из хижины и, дойдя до укрытия Бориса, помочился на него.
Любой другой снайпер, вероятно, вскочил бы, вопя: "Эй, мужик, ты что творишь, черт тебя раздери!" Но Борис не был "любым другим снайпером". Он не шевельнулся, и условный "террорист" вернулся в хижину, не имея представления, что натворил. Позже, когда объект был взят под контроль, Борис смог слегка выпустить пар. Когда мы узнали о случившемся, то очень гордились стоицизмом Бориса!**
Во время второго отборочного курса, проходившего еще в Национальном заповеднике Юхарри, мы с Бакшотом с вечера выдвинулись на контрольную точку, чтобы утром наблюдать за прибытием на нее новобранцев. За ночь погода сильно испортилась, начался сильный снегопад. Около 06.30, когда едва рассвело, я увидел идущего к точке Уолта Шумэйта. Я едва мог узнать его. Его бороду, усы, брови и кепку покрывал лед. Все остальное было насквозь мокрым после того, как час назад он, оступившись, свалился в ручей. Он был замерзшим и несчастным. Увидев меня, он не улыбнулся. Его выносливость была на пределе, и чувство юмора оставило его.
Несколькими неделями ранее в Брэгге сержант-майор Шумэйт подошел ко мне, и спросил, по старой дружбе, как он может присоединиться к нам. Я сказал, как. Он ответил: "Я не становлюсь моложе, полковник, и я не уверен, что достаточно готов, чтобы пройти этот отборочный курс". "Тогда тебе лучше начать готовиться", сказал я. На тот момент Уолтеру было около сорока четырех. Так или иначе, он пришел в форму, приехал, и вызвался добровольцем на прохождение отбора. Это было в феврале.
Снег пошел гуще и Бакшот принялся топтаться на месте, пытаясь согреться.
Уолтер Шумэйт получил инструкции касательно следующего этапа. Он вытащил компас, сверился с картой и начал движение, как я мог видеть, в неправильном направлении. Я подошел к покрытой льдом фигуре.
"Вы знаете, как вам двигаться дальше, сержант?"
"О да, сэр! Каком кверху!"
"Будь я на вашем месте, сержант, я бы все перепроверил".
Он вновь выкопал из кармана карту и компас. "О боже", сказал он. "У меня просто случился приступ тупизны", и потащился дальше, на сей раз в правильном направлении. В конце концов, он скрылся из виду в поземке.
Впервые я встретился с Уолтом, когда он занимался разведкой в рамках Проекта "Дельта" во Вьетнаме в 1965-66 годах. Я засунул его на тот остров напротив Нячанга и поставил задачу подготовить для подразделения несколько упражнений по отработке навыков немедленных действий. Уолт отлично справился с этим делом. В последующие годы я потерял связь с ним – до того дня в Брэгге, в начале 1978 года, когда он отыскал меня и спросил, как ему попасть в "Дельту".
Когда Уолт прошел курс и оказался в "Дельте", я сделал его старшим сержантом, отвечающим за отбор. Он был большим поклонником генерала Дугласа Макартура. Во время психологического тестирования Уолтер всегда спрашивал новичков, что они думают о решении Гарри Трумэна уволить Генерала. Для Уолтера был лишь один правильный ответ. И самый важный. Уолтер был очень хорош для меня. Поскольку мы вместе месили грязь во Вьетнаме, я считал, что могу доверять ему и его суждениям.
Он был родом из Западной Вирджинии. И не было ничего неожиданного, когда, отправляясь в отпуск в свои родные холмы, он привозил мне оттуда здоровенную банку доброго кукурузного виски, того, что у них называли "Белой Молнией". Невысокого роста, около пяти футов одиннадцати дюймов (1 метр 78 см) и 175 фунтов, он носил великолепные нафабренные подковообразные усы.
Уолтер Шумэйт был экспертом-аквалангистом. Он прошел все курсы, был полностью подготовлен и очень хорош в этом деле. Когда Уолт вызвался добровольцем в "Дельту", прежде чем отправиться в Юхарри, ему пришлось пройти тест по физподготовке. Когда он сдавал зачет по плаванию, сто метров в одежде, он завалил его. Никто не мог поверить в это. Он так много плавал с масками, баллонами и ластами, что забыл, как грести по-собачьи. Мы дали ему пару дней и в итоге он отлично справился. Однако прошло довольно много времени, прежде чем ему удалось исправить репутацию.
Когда люди оставляют Силы спецназначения и увольняются с военной службы, они обычно вступают в Клуб Десятилетия Сил спецназначения или Клуб Специальных Операций, где всегда ходит множество сплетен. Я всегда отправлял Уолта на их собрания, чтобы узнать, что там говорят про нас. Как я уже говорил, Уолтер очень хорошо умел общаться с людьми.
