Похоже, что Оглобля как раз этого и не понимал либо не хотел понимать, яростно молотя кулаками.
Оп! Он пропустил еще один удар по носу и заревел словно разъяренный бык! Чуть наклонился, выкатив налитые кровью глаза, рванулся… казалось, это сама гора Сен-Мишель пришла в движение! Ничто и никто не мог бы сейчас остановить Оглоблю. А Юбер и не пытался это проделать. Просто сделал шаг в сторону, пропустив мимо себя разошедшуюся не на шутку мельницу, и быстрым, словно молния, движением ударил в шею.
Оглобля на миг застыл… и грузно повалился наземь. Правда, почти сразу же сел, тупо вращая головой.
— По условиям поединка победа присуждается привратнику Юберу! — выйдя к обоим бойцам, торжественно провозгласил Хромой Морис. — Благодарю всех, кто сделал ставки. Бойцам от меня — по бочонку вина.
Разочарованно гудя, люди начали расходиться…
— Эй! — Прохор проворно расстегнул камзол и бросил его на землю. Затем стянул и сорочку. — Я хочу сразиться! Же… Же вудре…
Оп! Трактирщик тут же просек тему — Митька даже вмешаться не успел, не ожидал такого финта от приятеля, хотя, сказать по правде, можно было ожидать.
— Господа, попрошу не расходиться! — громко возопил Морис. — Наш молодой друг желает попробовать себя в поединке с самим Юбером! Ты как, Юбер, не устал?
— Не устал. — Привратник с презрительной ухмылкой оглядел нового соперника. — Думаю, и не устану.
Он слегка поклонился и жестом показал Прохору на середину двора:
— Прошу вас, месье. Ничего не могу поделать, коли уж вам в голову взбрело расквасить себе лицо.
Бойцы сошлись… Юбер лениво махнул правой рукой. Прохор усмехнулся, он хорошо знал этот трюк — отвлечь внимание противника и тут же нанести сокрушительный удар правой. Прямо в подбородок. Привратник и в самом деле произвел молниеносный выпад справа… увы, не достигший цели! Наоборот, промахнувшись — Прохор, улучив момент, просто отпрыгнул в сторону, — Юбер получил увесистый удар по хребту и кувырком полетел на землю, неловко приземлившись на правую руку. Митрию показалось, что что-то хрустнуло. Тем не менее побледневший привратник тут же вскочил на ноги и с удвоенной яростью бросился в бой. Бац! Бац! Бац!
Отбив пару ударов и невзначай пропустив один — а ничего бьет привратник, солидно, — Прохор вдруг отчетливо осознал, что правая рука соперника не работает! Правда, тот здорово управлялся и левой, но все же… все же…
Бах, бах, бах!!! — бывший молотобоец тоже не худо бил слева, в чем и имел сомнительное удовольствие убедиться привратник. И все же противник оказался куда более ловким! И знал некоторые финты, которые были неведомы Прохору. Один из таких хитрых закрученных ударов и достиг цели — молотобоец закачал головой и под дикий рев зрителей тяжело опустился на землю.
— Прошенька, Проша! — Ошалевший от всего случившегося Митрий со слезами на глазах бросился к парню. — Что ж ты ввязался-то, что ж ты…
— Ничего, Митька! — внезапно улыбнувшись, подмигнул Прохор. — Зато уж отвел душу. Давно с таким хорошим бойцом не дрался!
— Ваш проигрыш, месье, — подойдя, сообщил трактирщик. — И все же вы замечательно бились. Прошу в корчму.
— А привратник Юбер уже там?
— О, нет. — Хромой Морис улыбнулся. — Юбер никогда не остается — не любит лишних сплетен.
— Жаль, — с искренним сожалением качнул головой Прохор. — Очень жаль. Тогда и мы, пожалуй, пойдем. Верно, Митька?
— Да уж. — Отрок махнул рукой.
Хромой Морис лично проводил их до дверей заведения:
— В следующий раз обязательно приходите. Надолго у нас?
— Скоро уедем, — быстро ответил Митрий. — Совсем скоро. Но если будет время, зайдем.
— Буду рад, — изогнулся в поклоне хозяин корчмы.
Покинув питейное заведение, друзья направились по Большой улице вверх — Прохору захотелось вдруг прогуляться, подышать свежим воздухом — и Митрий это желание понимал.
— Загляните в лавку, месье! — чуть ли не силком затаскивали торговцы. — Самые лучшие распятия! Самые красивые обереги!
— Ах, отстаньте, парни, — за двоих отбивался Митрий. — Мы уже не первый день здесь и все давно купили.
— Давай-ка постоим где-нибудь на башне, — попросил Прохор. — Воздухом подышим, на море полюбуемся.
— Ого! — радостно удивился Митька. — А ты стал большим эстетом, друг мой!
Он произнес эту фразу по-французски, но Прохор вполне уловил смысл и шутя треснул приятеля по шее.
— Вот-вот, — притворно скукожился отрок. — Только и знаешь, как обижать старых друзей.
Улица уже перешла в лестницу, по которой приятели поднялись до открытой площадки меж Малым замком аббатства и Северной башней. Оперлись на каменный парапет и долго смотрели вдаль на окрашенное оранжевым светом заката море, на возвращающиеся в бухту рыбацкие суда с золотисто-красными от солнца парусами, на таких же золотистых чаек, во множестве круживших над пенным прибоем.
— Красиво как! — Прохор подставил лицо налетевшему ветру. — Как говорят французы — tres beao!
— Я всегда подозревал, что ты знаешь французский куда лучше, чем кажется, — усмехнувшись, произнес Митрий.
— Господа, можно вас? — послышался за спиной звонкий голос.
