Отрядов понял, что выслушать придётся самое главное. И первой его реакцией было неосознанное желание немедленно покинуть это помещение и выпить стакан водки… «Не смотри в глаза гипнотизеру»,– вспомнилось ему. Но тут Недодаев… (После этой встречи Отрядов раз и навсегда отучил его в любых переговорах лезть наперёд). Но только после. А пока…
– А что же не послушать? – радушно согласился Недодаев.
Хуршах снова улыбнулся, но теперь улыбкой человека, довольного чем-то только что достигнутым.
– Вот и я о том же,– поддержал он Недодаева, будто чувствуя, как напрягся Отрядов. – Уверен, для вас это будет не слишком обременительно. И даже интересно…
Их беседа продолжалась почти час.
На пути из кабинета банкира до автомобиля Отрядов не произнёс ни слова. Недодаев тоже помалкивал, в уме подбирая слова для оценки услышанного и не решаясь первым нарушить тишину. Денис почувствовал что-то вроде облегчения только тогда, когда, сидя за рулём, проехал ближайший светофор на красный свет, и повернулся к Недодаеву.
– Что заглох-то, ментяра неумолчный? Согласились, так согласились. А дальше – видно будет…
И дело пошло.
В течение нескольких месяцев Отрядовым была выкуплена и подготовлена производственная площадка, приобретено и запущено оборудование, набран персонал, налажены кооперационные связи, логистика, проработан сбыт. Начался выпуск Продукции. Он попал в точку. Спрос стабильно рос, конкуренты ещё не сильно теснились на рынке.
Какой «бизнесмен» не любит хотя бы время от времени явить себя в доступных ему коридорах власти? Отрядову же сие отчего-то претило. Он сам не знал отчего. Возможно, внутренне опасался встретить людей сильных и влиятельных, по сравнению с которыми он понизил бы себе самооценку? Он предпочитал общаться с теми, кто хорошо ему был понятен, ещё лучше – от него зависим. Контактировать же с другими группами людей он поручал первой группе. И наблюдал со стороны. Если возникала необходимость личного контакта, Отрядов шёл на него, неизменно проявляя себя искусным психологом и умелым переговорщиком. Блеснув же, снова отходил в сторону и часто после важных и успешных встреч напивался в одиночку.
Представительские функции он по большей части поручил Недодаеву. Тот, при всей своей отталкивающей внешности, был профессионально общителен, наигранно простоват и иногда даже почти что обаятелен. В нужную инстанцию он умел правильно попасть, используя обширные связи среди бывших коллег.
Надо заметить, что в отличие от большинства стандартных провинциальных (и не только) стяжателей, Отрядов был не чужд некоторых духовных поисков. Одно время он даже погрузился в православие, истово крестясь при виде любого явившегося в поле его зрения храма. Но вера, естество его сковывающая, тяжела ему показалась. А потому, вынырнув и набрав в лёгкие мирского воздуха, Отрядов решил продолжить поиски свои дальше. А ещё внутри себя имел он жажду неясного созидания, чего именно – не мог понять.
Самоутверждение путём только лишь успешного зарабатывания больших денег, осознание собственного превосходства оттого, что можешь позволить себе тратить намного больше окружающих унылых бесцветных масс – удел ловкого, сообразительного, удачливого, но обыденного барыги. Для личностей чуть более интеллектуальных существует потребность помимо перечисленного возвышаться за счёт некоей духовной (или вроде того) составляющей. Поскольку осознание себя всего лишь ловцом наживы для подобного рода персонажей унизительно и требует опровержения.
В сущности, немало предпринимателей любого уровня в процессе укрощения денежных потоков заодно реализуют некоторые имеющиеся творческие способности. Иначе, как ни крути, ты – просто барыга. Идеальный же барыга – это мошенник. Тот разве что отгребает под себя, находясь на грани закона или за гранью его. В сущности, это тоже хоть и специфический, но -бизнес. Может оттого и развелось в обществе, взявшемся прославлять безудержное «бизнесменство» неисчислимое количество всяческого рода махинаторов.
Упомянув в разговоре с банкиром про искомую им Систему, Денис не сказал главного. Система, по замыслу его, должна была работать сама, автономно, без оперативного вмешательства извне. Нет, он не мечтал об удалённом управлении с собственной виллы где-нибудь в Италии. У него и недвижимости за границей не имелось, в отличие от большинства коллег из его круга. Чему последние не переставали удивляться. А Отрядов просто считал, что ему это неинтересно, а последовать их примеру лишь из-за того, что так принято, для него было ниже собственного достоинства. Тем не менее о Системе он мечтал и не только мечтал, но, подобно алхимику, подбирал людей, испытывал их, переставлял с одной позиции на другую, многих поначалу вскоре увольнял. Созидание Системы являлось для него больше актом творчества, чем производственной необходимостью.
