Но эта дискуссия не объясняет всех причин, по которым секс является значимой частью жизненных неурядиц. Он также играет большую роль в развитии личностной свободы. В конце концов, это одна из немногих областей действительно личной жизни, которая есть у человека в почти полностью социальном существовании, сформированном родителями и обществом. В этом смысле секс представляет собой убежище от стандартизации и монополизации социума. Не удивительно, что люди себя всецело ему посвящают, часто с самого детства обращаясь к мастурбации как демонстрации протеста и триумфа внутреннего «я». Как мы увидим во второй части этой книги, Рэнк идет еще дальше, говоря, что в этом и кроются все сексуальные конфликты личности – «от мастурбации до самых разнообразных извращений»25. Личность пытается использовать пол по-своему, ради того, чтобы контролировать его и освободить от детерминизма. Как если бы кто-либо пытался переступить через ограничения тела, лишая его внутреннего характера, высмеивая и изобретая новое взамен того, что «предписано» природой. «Извращения» детей показывают это очень четко: они настоящие художники своего тела, используют его словно пластилин, чтобы доказать свое символическое мастерство. Фрейд это заметил и назвал «полиморфным извращением» – и только так это и можно назвать. Но, по-видимому, он не понял, что этот вариант игры уже является очень серьезной попыткой преодолеть детерминизм, а не только животным поиском различных зон наслаждений на своем теле.
По мере того, как ребенок растет, внутренний поиск личностного существования через извращенность приобретает индивидуальные формы и становится более тайным. Он вынужден таковым быть, потому что общество не поддержит попытки людей полностью индивидуализироваться26. Если и удастся одержать победу над человеческой незаконченностью и ограниченностью, то это будет результат социального проекта, а не индивидуального. Общество хочет быть единственным в принятии решения о том, как люди должны преодолевать смерть; и проект
