Отрицание Смерти полностью

Присмотритесь к окружающим, и вы… услышите, как точно они говорят о себе и своем окружении, что, казалось бы, указывает на адекватность их мыслей. Но начав анализировать эти идеи, вы обнаружите, что они с трудом отражают реальность, на которую, кажется, должны опираться. Копнув глубже, становится понятно, что человек даже не пытается приблизить эти идеи к самой реальности. Совсем наоборот: через эти понятия многие пытаются отрезать любое субъективное видение реальности, своей собственной жизни. Хаос есть начало жизни, в нем человек потерян. Отдаленно догадываясь об этом, человек пугается. Он один. Лицом к лицу с ужасающей его реальностью. Логично, он пытается покрыть действительность завесой фантазии, где все определенно и просто. Человека не волнует сообразность его «идей», он использует их в качестве траншеи для защиты своего существования, подобно чучелу, он отпугивает реальность

Хосе Ортега-и-Гассет

Человеческий характер как ключевая ложь

Проблема анальности и комплекса кастрации отдаляет нас от ответа на интригующий всех вопрос: «Если базовое качество героизма — подлинная храбрость, почему так мало людей по-настоящему храбры? Почему так редко можно увидеть человека, который может встать в полный рост?». Даже великий Карлайл, запугавший многих людей, провозгласил, что он опирается на своего отца, как на каменную колонну, погребённую в землю под ним. Он негласно намекает на факт того, что стоя лишь на своих собственных ногах, земля осела бы подле него. Эта мысль подводит напрямую к основам человеческой сущности, которую мы будем атаковать со всех сторон по ходу этой книги.

Я когда-то писал, что, по-моему, причина, по которой человеку настолько свойственна естественная трусость, заключается в том, что он чувствует, что у него нет власти. И причина, по которой у него нет власти, заключается в самой природе формирования человеческого животного: все присущие нам черты встроены в нас извне, они формируются в процессе взаимодействия с окружающими. Это то, что дает нам самость и суперэго.

Весь наш мир правильного и неправильного, добра и зла, наше имя, то, кто мы есть — все это нам прививается, и мы не чувствуем, что имеем право формировать себя самостоятельно. «Как мы можем, — рассуждал я, — поскольку мы чувствуем себя во многих аспектах виновными перед другими и подчиненными другим, меньшей версией их творения, обязанными им самим нашим рождением».

Но это только часть истории — самая поверхностная и очевидная часть. Есть более глубокие причины отсутствия нашей храбрости, и если мы хотим понять человека, нам нельзя останавливаться на достигнутом. Психолог Авраам Маслоу обладал необычайным чутьем к распознаванию значимых идей. Незадолго до его преждевременной кончины он начал исследовать проблему страха выделяться. Маслоу в своей работе рассматривал проблемы с точки зрения гуманизма. Ему нравилось рассуждать о таких концепциях, как актуализация потенциала человека и полная гуманность. Он определял эти вещи как естественные предпосылки к развитию и задавался вопросом, что сдерживает и блокирует развитие человека. Маслоу ответил на этот вопрос на экзистенциальном языке, используя такие термины, как «страх собственного величия» и «уклонение от своей судьбы». Такой подход проливает свет на проблему храбрости. По его словам, мы боимся наших самых больших возможностей так же, как и самых незначительных. Мы, как правило, боимся стать тем, кем мы видим себя в моменты истины, моменты, когда истина становится близкой и очевидной. Мы наслаждаемся и даже восхищаемся безграничными возможностями, которые мы видим в себе в такие пиковые моменты. И все же мы одновременно дрожим от слабости, благоговения и страха перед этими же возможностями.