Я – плоть от плоти, кровь от крови
славных воинов ратнинской сотни…
Отроки не зря все-таки несколько месяцев учились молиться и петь хором, дружно и отчетливо повторили:
Я – плоть от плоти, кровь от крови
славных воинов ратнинской сотни…
…Пришел сюда, взыскуя приобщения к воинскому духу,
К славе предков, вершивших великие дела
и взирающих на меня из Ирия.
Алчу поучающего слова, перста указующего
и направляющей длани,
Дабы стать достойным их наследником
и продолжателем деяний,
Заслужить место в рядах воинства Перунова
и принять на рамена свои
Ярем трудов воинских, а в душу частицу
небесного пламени с копья Перунова…
Собственно, весь этот текст Мишка составил из ответов на вопросы, которые, в соответствии с ритуалом, должны были задаваться каждому из неофитов в отдельности: «Кто ты? Зачем пришел? Чего хочешь? Что можешь? Готов ли пройти испытание?» – и прочих. Ответы дед перечислил Мишке, перед тем как оставить одного в лесу, но заучивать не заставил – еще одно свидетельство того, что текст не был каноническим и в ответах допускалась некоторая, хоть и небольшая, вольность. Сейчас Мишка этим и пользовался. С одной стороны, хоровое исполнение придавало ритуалу дополнительную торжественность, с другой – никто из отроков ничего не перепутает и не собьется с необходимого настроя – кто его знает: какие испытания придется выдержать?
Я готов выдержать все испытания и искусы,
Кои сочтены будут необходимыми
славными воинами ратнинскими,
Пред ликом Перуна Громовержца,
под взыскующим взором предков,
И в окружении дружины Перунова братства.
Клянусь на стезе воинской свято блюсти
законы воинского братства,
Обычаи старины, завещанные нам предками,
и деяния свои
Направлять к вящей славе воинского сословия
и пользе ратнинской сотни.
Буде же отступлю от сей клятвы, хоть в малости,
да покарает меня Перун Громовержец
Огнем небесным, оружием вражьим
Или рукой побратимов из дружины Перуновой!
