Отрок (XXI-XII) полностью

"Так и есть: из смердов или из городской голытьбы, а может и в холопах побывал, даже константинопольским воспитанием этого до конца не вытравишь. Вот Илларион - да, чувствуется в нем порода, а этот зубами и ногтями из самых низов выдирался. "Орел наш дон Рэба". Эту сцену он мне до конца жизни не забудет, но буром переть теперь поостережется. Есть у древних родов нечто, для простолюдинов непостижимое, я про это тоже мало что знаю, но про пассионарность читал. Вы же, товарищ майор, в этих вопросах - дуб дубом, а потому, генералом Вам не быть! И никакой Вам отец Михаил не друг, правильнее сказать - буксир. Тащил он Вас за собой по доброте душевной или… Стоп! Древнего боярского рода, значит мог быть у Михаила мальчишка в услужении! Выучился вместе с хозяином, принял сан… Риск? Да, риск, но, как говорится, кто не рискует, тот… а шампанского-то еще нет!".

- Ты думаешь: умрет благодетель твой в глухом селе и все забудется? По-твоему МЫ не знаем кто есть кто?

Феофан удар выдержал - школа жизни у него была такая, что не приведи Господь, однако точность попадания Мишка заметил.

- О чем ты, отрок?

- О делах наших скорбных, отче. Я от долга христианского не отказываюсь и Святой Православной церкви послужить готов всегда, но и пешкой ни в чьей игре быть не собираюсь!

- Вот и правильно, вот и молодец! - Не очень натурально похвалил Мишку Феофан. - Но жизнь по всякому повернуться может, вдруг тебе помощь понадобится? Теперь знаешь к кому обратиться, что же здесь плохого?

"Поплыл "товарищ майор" - то "молодец", то "что же здесь плохого?". А я о плохом ничего и не говорил, это он не мне, а мыслям своим отвечает. Достал я его! Ну, и чему радуетесь, сэр? Он только своим жизненным опытом пользуется, хотя и богатым, а Вы из одного только телевизора столько дерьма зачерпнули, что по нынешним временам на три жизни хватит и еще останется".

Феофан, впрочем, оправился очень быстро - снова сделался благообразным и улыбчивым.

- А наставнику твоему, Миша, поможем: будет ему грамотка от епископа с увещеванием и разрешением… ну, хотя бы, от части обетов, на время болезни. А старосте вашему… как его зовут?

- Аристарх.

- А Аристарху я сам отпишу, что бы женщину подобрал - в церкви прибираться, а заодно и за домом настоятеля приглядывать, хозяйство его вести. Греха в том нет. Отвезешь грамотки-то?

- Отвезу, конечно!

- Вот и ладно.

Феофан был - сама ласковость и благорасположение. Ну, так ведь и у кошки лапки мягкие, пока когти не выпустит. Знал Мишка цену такой ласковости еще по ТОЙ жизни. И нисколько не обольщался разницей в девять веков - ЗДЕСЬ цена была такой же.

- А вот и друзья твои идут. - Умилился "особист". - Еды-то накупили, музыкантам твоим на неделю хватит! Правильно поступаешь, Михаил, добро сторицей тебе вернется!

- Минька! - Еще издали заорал Демьян. - Мешки тяжелые, пошли, Роська короткий путь знает, чтобы через весь торг не переться!

- Правильно, ребятки, и я с вами пойду. Надо Свояту постращать, а то отнимет у бедолаг ваше угощение, грех алчности все никак обуздать не может. Но я ему помогу!

"Ну, Своята, ты попал! У Феньки сейчас самое подходящее настроение - грешников вразумлять. Получишь по полной программе! А не будь жадиной!".

Роська повел всю компанию какими-то кривыми переулками, но судя по общему направлению, так можно было, действительно, быстрее добраться до лодейного амбара дядьки Никифора.