- Нет, надо с утра, чтобы потом весь день в кузне работали, и горн, как следует, выгорел. А золу выгрести и подальше от дома унести, а лучше в полынью спустить, чтобы вода унесла.
- Михайла! Точно знаешь, что делать надо? - дед, кажется, отнесся к обсуждаемому вопросу очень серьезно.
- Знаю, деда. Конечно, лучше бы, чтобы отец Михаил, но он же болен. Я справлюсь.
- Взгреть бы тебя за самовольство… - Дед вздохнул и прощающее махнул ладонью. - Ладно. Ну что там у него с ногой, Лавруха?
- Ничего страшного, батюшка. Повязку сдернул, но крови почти нет. Значит, завтра с утра?
- Да. Тете Тане не говори пока, а то ночь спать не будет. С утра объясни, чтобы не пугалась. Ничего страшного не будет. - Объяснил Мишка и просительным голосом добавил: - Деда, налей пивка.
- Мал еще, сбитень пей.
- Лавруха, чего задумался? На-ка, вот, выпей. Михайла, на чем мы остановились-то?
- На Нинее, деда.
- Ага!… Кхе! И что?
- Она прекрасно понимает, не может не понимать, что раз мы сохраняем свою энергетику аж в восьмом колене, то наш род вполне может стать, со временем, таким же древним как ее. А это значит, что мы люди долга и чести.
- Долга и чести…- Повторил за Мишкой дед. - Хорошо сказал! Ну и что?
- А то, что, либо она будет с нами, либо мы ее убьем. Не по злобе, а потому, что должны так поступить. За нами, без малого, тысяча человек, и мы не можем такую опасность под боком оставлять.
- Так и скажешь? - Удивился дед.
- Понадобится, так и скажу. - Твердо пообещал Мишка. - Но думаю она сама все поймет и предложение наше примет. А предложу я ей вовсе и не кланяться нам, потому что это ей, действительно, невместно. Скажу я так: "Воевода Корней…". - Мишка отхлебнул остывшего сбитня, с завистью глянул на кувшин с пивом и решил мелко нагадить: - Деда, а может, для нее лучше сказать: "Воевода Корзень"?
- Лавруха, гляди-ка, наш пострел везде поспел! - дед возмущенно хлопнул себя ладонями по коленям. - Все слышал, обо всем знает. Ох, драть тебя, Михайла, не передрать! Ладно, скажешь: "Корзень", но больше никому! Наипаче, отцу Михаилу. Понял?
- Понял, не протреплюсь. Значит, скажу так: "Воевода Корзень, принимая на себя заботу о Погорынских землях, ПРИЗНАЕТ за тобой и твоими наследниками право на боярство, а для поддержания боярского достоинства передает тебе во владение пятнадцать холопских семей. А для защиты и порядка, размещает в твоей веси воинскую школу и базу Младшей стражи".
- Признает… Это хорошо. Вроде как, была ты боярыней, боярыней и осталась, а мы к тебе со всем уважением.
- Да, - Добавил Мишка. - И не жалует холопские семьи, как другим, а передает, то есть восстанавливает должный порядок. Боярыню кто-то кормить должен, а она людьми управлять.
- Кхе! Верно говоришь! А что это за база такая?
- Место постоянного пребывания. Вот когда войско Александра Македонского из Индии возвращалось, этот поход назвали "анабазис" - возвращение к месту постоянного пребывания. База, получается, не дом, но то место, где долгое время находишься, и куда возвращаешься, после дел. Где у тебя припас хранится, мастерские поставлены, откуда помощь получить можно…
- Понятно, понятно. Только на кой нам это?
- Ну, мы же привыкли: где живем, там и все остальное. А всегда полезно запасное место иметь. Да и для тех, кто приезжать учиться будет, что из Турова, что из Ратного, воинская школа не дом, но жить они там будут, самое меньшее, год.
- Кхе! Лавруха, чего думаешь про эту… Базу.
Лавр минутку помолчал, а потом начал перечислять:
- Жилье, мастерские, припас. Обустроить все это, как малую крепость. В случае чего, туда и уйти можно, и отсидеться. И лишних глаз нету, сами себе хозяева. Воинский порядок жизни, опять же. Хорошая мысль!
Лавр помолчал еще немного и снова обозначил позицию скептика:
- Мне, правда, вот другое сомнительно. А если Нинея только притворится, что согласна, а сама по-прежнему будет с ЭТИМ хороводиться?
- А это, дядя Лавр, уже, дело Младшей стражи. - Отозвался Мишка. - Будем стеречь, может кого из "людей в белом" поймаем. Главное, не селить к ней тех, кто от Иллариона ушел. Они на нас злые.
- Остальные, тоже, не добрые. - Пробурчал дед. Ладно, пусть будет четвертой боярыней. И база тоже пусть будет.
- Ой, деда!
- Чего еще?
- Я только сейчас подумал. А что, если те "люди в белом" должны были беглецов к Нинее привести? Может дома-то, для них и берегли?
- Дошло, наконец? - Дед расправил намоченные пивом усы. - Я об этом еще там, на дороге подумал. Помнишь, в санях сидели, разговаривали о том, что Белояр должен был беглецов этим самым "белым" передать. Вот я и подумал: куда их дальше вести собирались? И вспомнил, что у Нинеи весь пустая стоит. Но только не она это. Те "белые" очень уж хорошо воинскому делу обучены. Очень хорошо, я даже и не знаю, где так учат.
