- А вот и врешь! - Запротестовал Мишка. - Красава - внучка нинеина - на мне жениться обещала. Красавец, говорит, писаный, только собольей шубы и красных сапог не хватает. Но сапоги с шубой - дело наживное.
- Ну, я же говорю: бредишь! Может, все-таки, она за тебя замуж выйти хотела, а не жениться?
- Не-а! Так и сказала: "Вырасту и женюсь на тебе!". Замуж каждая выйти может, а вот жениться… Но Красава, наверно, способ знает - внучка волхвы, все-таки.
Юлька, наконец, не выдержала и фыркнула.
- Трепач! Надо было тебе лучину в язык всаживать, а не в глаз! А ну, не лезь! - лекарка шлепнула Мишку по руке, которой он потянулся пощупать ухо. - Не зажило еще!
- Ну, что тут у нас? - Раздался вдруг из-за Юлькиной спины голос Настены.
Мишка даже и не заметил, когда она успела войти в горницу.
- Вот, мама. - Юлька отодвинулась, чтобы не мешать матери.
- Глаз промой ему. - Настена внимательно вглядываясь в Мишку, легко притронулась пальцами к его лбу возле брови, оттянула нижнее веко. - Ну-ка, попробуй глаз открыть, Мишаня.
Мишка попробовал, получилось плохо.
- Шевелится. - С удовлетворением констатировала Настена. - Все хорошо: глаз видит, веко шевелится, будет чем девкам подмигивать.
- Это я обязательно! - Бодро отозвался Мишка и для убедительности пропел:
На закате ходит парень возле дома моего.
Поморгает мне глазами и не скажет ничего.
И кто его знает, чего он моргает,
Чего он моргает, чего он моргает?
Тари- тари, тари-тари, тари-тари-там!
- Ну, если запел, то выздоравливает! - Настена довольно улыбнулась. - Промывай ему глаз и перевязывай. Пожалуй, через пару деньков поднимется.
- Так что у меня с мордой? - Дождавшись, когда Настена выйдет, снова спросил Мишка. - Бурея по страхолюдству переплюну или нет?
- Ну, прямо, как девка! - Возмутилась Юлька. - Ничего особо страшного. Бровь, конечно сгорела, но вырастет снова… почти вся. Чуть-чуть кривая будет, но несильно. Волосы на голове тоже отрастут…
- А с ухом что?
- Ну… - Юлька помялась, но под настойчивым взглядом Мишки, все же продолжила: - Ты, когда на спину упал, уголек к уху скатился. Подшлемник волосам гореть не дал, но сам тлеть начал и, как раз, там, где ухо… Пока с тебя шлем стащили, пока то, да се… В общем, прижарилось у тебя ухо. Даже обуглилось слегка.
- И что?
- Ну, пришлось отрезать немного…
- Сколько это - "немного"?
Мишка опять полез щупать ухо и опять получил шлепок по руке.
- Не трогай! Как бы еще кусок отрезать не пришлось. Да ты не бойся, Минь, под волосами не видно будет.
- Эх, молодежь, молодежь. Только б вам резать. - Тоном старого доктора из не менее старого анекдота, проворчал Мишка. - Юль, вон там воск лежит, дай-ка мне кусочек.
Размяв воск в пальцах он вылепил из него некое подобие ушной раковины.
- Показывай, сколько отрезали?
Юлька немного поколебалась, потом несколькими движениями отщипнула задний край.
- Мать честная! Эльф!
- Что? - Непонимающе переспросила Юлька. - Какой эльф?
- У латинян сказка такая есть - про лесных людей. Они такие же, как люди, даже детей могут от людей рожать, только уши у них заостренные, как у зверей.
- А-а. Ну, у тебя только одно ухо заострилось.
- Так у них полукровок так и называют - полуэльфы.
- Трепач. У него, чуть не пол уха сгорело, а ему все хаханьки. - Лица Юльки Мишка не видел, потому, что она, как раз, накладывала ему повязку, но по голосу чувствовалось, что лекарка улыбается. - Ты и на собственных похоронах шуточки шутить будешь?
- Ага! Приходи, посмеемся.
- Дурак!
- Правильно! Дед Корней так и сказал: "Одна половина бунтует, другая половина с ума сошла, остальные - в жопу раненые". Ранен я совсем в другое место, в бунте замечен не был, так что, выходит, сумасшедший.
- Хватит! - Решительно заявила Юлька. - Шутки шутками, а Роська твой до горячки доигрался - в жару лежит. Ты думаешь, мать сюда на морду твою шпаренную любоваться пришла? Она с Роськой сидит, а попа, дружка твоего, за волосья с крыльца стащила. Приперся! Сам одной ногой в могиле стоит, и парня туда же тащит!
- Да ты что?
- То! И тетка Варвара чуть не померла. Вам, дуракам, смешно - стрелу в задницу поймала, а того не знаете, что там кровяная жила проходит. Порвать ее - смерть, нету способа такие раны лечить. Ефим, дурень, стрелу дергал, как морковку из грядки, а стрела-то от шлема отскочила - кончик погнутый! Разворотил, когда вытаскивал, так, что Варвара чуть кровью не изошла. Еще бы на волосок в сторону и все - порвал бы жилу кровяную. Правильно его твои ребята отлупили - чуть собственную жену по дури не угробил.
- Ну, Варвара тоже хороша! Любопытство ее когда-нибудь угробит - вечно ей все новости раньше всех надо знать… А остальные ребята мои как?
- Про Гришу тебе уже сказали?
- Да. Царствие ему Небесное. - Мишка перекрестился, Юлька даже и не подумала. - С Роськой все понятно, вернее, ничего непонятно. Как думаешь, выкарабкается?
