- Это я знаю! - Алексей начал сворачивать карту. - На правом берегу Кипени только три десятка стражи было, все, кого я допрашивал, одинаково говорили. Значит, остался один десяток, и нам он не страшен, потому что в Отишии сидит, и будет сидеть, пока остальные не освободятся, а они уже не освободятся никогда!
- Погоди карту убирать, ты еще не сказал: куда и зачем мы идем? - напомнил Мишка.
- Пойдем мы вот сюда - к броду, переправимся на тот берег, пройдем через лес до дороги. По дороге подъедем к острогу, с этой стороны они опасности не ждут. - Алексей помолчал, потом коротко и решительно закончил объяснения: - И захватим острог.
- Тремя десятками? Да нас там перережут, как курей!
- Не перережут. В остроге два десятка ратников живут, но все уже в годах, некоторые совсем старики - на покое доживают.
- Ну и что, что старики? У них сыновья есть! - Мишке казалось, что Алексей не желает понимать элементарных вещей. - Они что, своих сыновей воинскому делу не обучают?
- Не-а! - Алексей радостно улыбнулся. - Не обучают! Я тоже, сначала не поверил, но и Герасим подтвердил то, что мне стражники на допросе рассказали. Воинскому делу учат только в боярской дружине, а те, кто в семье жить остался, становятся простыми смердами. На острог все давно уже плюнули - он никакой границы уже много лет не охраняет. Налетим, старики и оружие-то разобрать не успеют, не то, что доспех надеть, а больше нам бояться некого!
- Но там еще четыре дома снаружи за тыном стоят, и люди в полях да на огородах работают. - Напомнил Мишка. - Сбегут же и боярина Журавля предупредят.
- Пускай предупреждают! - Алексей беззаботно отмахнулся. - Нам это и надо. Сожжем мост, Журавль дружину пришлет, а ей только одна дорога на этот берег - брод. Других переправ на день пути вокруг нет, сюда пойдут, непременно. Вот у брода-то мы их подождем. Четыре десятка нас и Корней полсотни приведет. Пусть хоть двумя сотнями лезут - большую часть положим, остальные назад поворотят. А больше двух сотен Журавлю быстро в седло не поднять. Про пешцев я уже и не говорю - их неделю, а то и дней десять собирать надо, да еще несколько дней сюда вести. Нет, больше двух сотен быть не должно, тем более, что беглецы расскажут, сколько нас было.
- Но зачем острог брать? - Аргументы Алексея, вроде бы, были убедительными, но Мишке по-прежнему была непонятна основная идея. - Мы же можем ночью налететь, накидать на мост сушняка, полить маслом (на хуторе найдется) и поджечь. И гасить не позволим - будем стрелять из темноты, а те, кто тушить попробуют, на свету окажутся. Сгорит мост, никуда не денется.
- Все верно, - Алексей согласно кивнул - но это Журавля может и не расшевелить, а нам надо непременно крепко его разозлить, чтобы он дружину прислал. А потом так этой дружине врезать, чтобы и мысли оставил на наш берег лазать.
- Значит, наша цель раздразнить Журавля и крепко наподдать?
- Да!
- Что ж ты раньше об этом ничего не говорил?
- Надо было посмотреть, на что твои ребята способны, так сотник Корней велел. Я посмотрел. - Алексей ободряюще глянул на десятников. - Способны на многое - храбры, воюют умело, острог взять смогут.
Артемий и Роська расправили плечи, и было заметно, что они с трудом сдерживают улыбки, Дмитрий же на лесть не поддался, а вопросительно глянул на Мишку - понял ли старшина, как дешево их покупают? Мишка утвердительно прикрыл глаза, все, мол, вижу и понимаю, но на самом деле не понимал очень многого. Например, для чего деду ввязываться в конфликт с непредсказуемыми последствиями, имея почти половинный некомплект личного состава, чреватую войной политическую ситуацию и, хотя и теоретически, но возможную угрозу бунта холопов?
Мишка глянул на Анисима и Немого
- Что скажете, господа наставники?
- Там что, и вправду, одни немощные старики и необученные смерды остались? - Анисим, видимо, чисто машинально провел пальцами по царапине, оставленной на кольчуге чужим клинком. - Старики… они разные бывают, нашего Корнея, хотя бы, вспомни.
- Я неверно сказал! - отозвался Алексей. - Не два десятка ратников, а два десятка семей ратников, а сами воины престарелые почти все в моровое поветрие преставились. Говорю же: острог в обычную весь превратился!
- Ну, если так… - Анисим окинул взглядом десятников и неожиданно спросил: - Ребята, а вы людей в полон брать умеете? Тоже - непростое дело! Бабы, детишки ревут, мужи могут в драку полезть, а стрелять - лишать семьи кормильцев. Кто-то спрячется, кто-то сбежать попробует, обязательно телег не хватит, чтобы пожитки погрузить… много всякого. Вам об этом, хотя бы, рассказывали?
Десятники Младшей стражи растерянно переглянулись, а Мишка даже обрадовался поводу для отказа от захвата острого, но Алексей нашелся с ответом и здесь:
- На хуторе они народ умело в одно место согнали и в сарае заперли. Так и здесь пускай делают, а дальше - мы-то на что? Или впервой? А отрокам наука будет, потом не раз пригодится.
- А ты, Андрей? - Мишка обратился к Немому, как к последней надежде. - Как мыслишь, насчет острога?
