- Но им же поклоняются как самостоятельным богам!
- Судьба славян была тяжела. Борьба с римлянами, гуннами, готами, аварское иго, хазары. Многое было утрачено, вернее сказать, упрощено.
- Так что же, христиане вернули славянам утерянное?
- Нет, скорее всего у древних верований славян и у христианства где-то в глубине веков есть общие корни, а в ту ветвь древних верований, которая получила название "Христианство", другие народы, жившие совсем в других условиях, привнесли очень много своего, славянам чуждого. Ну, например, некоторые славянские племена представляли себе ад в виде ледяной пустыни. А в землях, где зародилось христианство льда нет, там, наоборот, есть беспощадное жгучее солнце, вот и представление об адских муках связано с огнем, а не с холодом.
- А на самом деле?
- В ветхом завете про ад - ни слова, так что, очень многое зависит от воображения людей, а воображение связано с тем, что они видят вокруг себя.
- Но в откровениях Иоанна Богослова…
- А это, уже, Новый Завет, как раз то, что и было привнесено позднее. Да и это, по правде говоря, могло в Новый Завет и не попасть.
- Как это так?
- Апостолов было двенадцать, а Евангелий только четыре: от Матфея, от Марка, от Луки и от Иоанна. Почему? Остальные ученики Сына Божьего тоже ведь оставили воспоминания об Учителе. Но эти тексты не признаны каноническими. Они есть, их сохраняют, но в Святое Писание они не вошли. И таких - не признанных - довольно много. Есть и про славян.
- Про славян?
- Это считается ересью, происками Дьявола, но существует повествование о том, что у Иисуса Христа был сын. Ты про то, что Андрей Первозванный посетил, в свое время Русь, конечно, слышал?
- Да, воздвиг крест и проповедовал на тех горах, где потом построили Киев.
- Да, но пришел он сюда не просто так, а спасая от преследования и убийства младенца, родившегося от любви Иисуса и Марии Магдалины. И путешествовал между многими славянскими племенами, а когда мальчик вошел в возраст мужа, славяне приводили к нему юных дев и он возлегал с ними и семя сына Христова рассеялось по славянскому народу. Так что, утверждение славян "мы - внуки божьи" не лишено зерна истины. Видишь, как все непросто переплелось?
- Но это же, действительно, ересь. Тебя за это сюда сослали?
- За такое не ссылают. За такое либо убивают сразу, либо дают умереть медленно в тесном заточении. А тебе я это рассказал, не для того, чтобы ты еретиком сделался, а для того, чтобы понял: все очень и очень непросто. Христианство и язычество противостоят, по большей части в телесной жизни, а в духовной… Вот Перун, например, стал Ильей Пророком, Велес - Власием, Макошь сменила имя на Параскеву Пятницу, но суть осталась прежней, моральные нормы славян, в принципе, не противоречат десяти заповедям христианства, ну, и прочее.
Дело не в иной вере, а в иной жизни. Христианский князь - единовластен, а князь у язычников был просто воеводой. Без слова веча и без одобрения волхва ничего сделать не мог. Понятно?
- Другой способ управления, требует и другой идеологии, другого духовного обоснования, язычество самовластия не приемлет.
- Так, а единобожие, сиречь монотеизм: "Един Бог на небе - един царь на земле".
- Миша! - монах впервые за весь день обратился к Мишке по имени - Трудно тебе там было? Ведьма-то поди искушала от истинной веры отречься?
- Да нет, впрямую не искушала, так только - намеками.
- А ты?
- А я ей из Экклезиаста читал.
- И?…
- А она Экклезиаста, оказывается, лучше меня знает, и философов древних тоже.
- Удивляешься?
- Странно как-то: старуха, в глухой деревне…
- Старуха… нет, Миша, не простая это старуха… Ходила она когда-то в шелках и ела на золоте.
- Нинея?!
- Гредислава… Боярышня древлянская.
- Боярышня? Так древлянское княжество еще княгиня Ольга… Сто пятьдесят лет прошло!
- Больше. Почти сто восемьдесят. Только род Нинеи такой древний, что для него и триста лет - не срок. Ничего не забыли и ничего не простили.
- Но здесь земли Дреговичей, а не Древлян.
- Где-то же Древлянам надо было укрыться.
- А Беляна? Их матери за двоюродными братьями замужем были.
- Не знаю, Миша, не знаю. Братья те, думаю, тоже не из простых. Был мне наказ от Владыки - дознаться обо всем, да поздно теперь.
- Почему поздно?
- Она не расскажет, а люди ее мертвы все. Покарал Господь, не стал людской кары дожидаться.
- Так о ней сам Владыка знает?
- И не только о ней. Ты думаешь, мало их - от прежних времен оставшихся? Думаешь, смирились они с потерей власти? Мы про них все должны знать, готовыми быть ко всему…
Отец Михаил снова зашелся в кашле.