Однажды, выходя на улицу, спускаясь по лестнице, я провалилось. Ступенька (громадная в старом деревенском доме) вдруг под моей ногой заколебалась и рухнула в глубину подполья. Нога устремилась туда же, в андеграунд. Я стало судорожно хвататься руками за бревна и шлепнулось задом на целую часть лестницы. Провал зиял. Пришлось забивать его пустыми ящиками, чтобы не прыгать, соревнуясь в ловкости с горным козлом.
А если бы свернул в тот момент себе чего-нибудь, так бы и лежал там, пока друзья-хозяева из города не вернулись.
Аракчеев, ау!
11.01.2011
А другой Дмитрий, современник, человек-фонтан, по фамилии Быков, пишет сегодня в «Известиях» (12.01. 2011, стр. 6). В связи со 135-летним юбилеем Джека Лондона: «Это развитие уперлось в тупик, и нужен эволюционный скачок – потому что нынешний человек Олигархию скинуть не способен».
Не понимая, что социум – проекция мозга. Пока балом там правит эго, расширенное воспроизводство сожрет все. Это безысход.
Надо менять грамматику себя, если не поздно.
Отрешение
Я должно быть заменено на ты. Надо попытаться взглянуть на я как на нечто постороннее. Субъект превратить в объект. Отрешиться.
12.01.2011
– Что значит отрешиться?
– Перестать быть только собой.
– Это как?
– Надо выделить из себя наблюдателя.
– Чтобы что?
– Чтобы наблюдать…
– Что?!
– Собственное ничего.
– Какая радость!
– Это не радость, это покой.
– Заупокой?!
– Да.
– И все?
– Можно еще пытаться дирижировать хаосом себя.
– Стать музыкой?
– Музыкой стиха.
– Петь, танцевать?
– Петь молча и кружиться, как звезда.
– И…
– Тогда будет свет.
– Загорится тьма?
– Сгорит эго.
– И что?
– Одним местоимением станет меньше.
– Это свобода?!
– Это ее предвкушение.
Когда входишь в «свой текст глубоко» или, наоборот, он входит в «тебя», то начинаешь его обнаруживать всюду.
Коитус с континуумом.
То в Мережковском, то в Быкове. Вот сейчас подвернулся Константин Кедров.
Когда-то был у него с Леной Пахомовой в гостях. А его молодая киношная родственница выпытывала у меню, что думаю о фильме «Луна-парк» Лунгина.
Я ничего не думало.
Оказывается, там была «тонко запечатлена атмосфера дома Лунгиных», о котором не имел тогда ни малейшего представления. И узнал только в другом веке из «Подстрочника».
Так вот, номинант на Нобелевку пишет в «Известиях» (14.11.2011, стр. 15) в связи со 125-летием со дня рождения Ильи Эренбурга. «Со слов Эренбурга мы знали его (Пикассо – Б.В.) творческий манифест: «Я пишу не кистью, а мозгом».
Конечно, я в свое время прочло «Люди, годы, жизнь», но только сейчас оно читает по складам, медленно, как первоклассник. «Пи-шу моз-гом».
Спасибо, Кедров!
14.01.2011.
(Продолжение продолжений)
Прочел у Мережковского, что Павла I убили в ночь на 11 марта. Невольно вздрогнул. Затарахтели мыслишки: он тоже был маленького роста, приступы ярости, рыцарство.
Еще 11-е сентября.
Вообще, 11 – интересное число. Цифры исчерпываются на 9-ти, и тут нужно вернуться к началу и вспомнить ничто, тогда эта парочка образует новый порядок, ничто оказывается после всего, а потом после первого всего ставится второе все и возникает неделимое 11.
Но лучше бы его не было!
10 месяцев прошло
В конце Библии есть список любимых псалмов Лены. Может быть, она их все знала наизусть.
Это – 8, 15, 22, 38, 41, 50, 89, 90, 130, 138.
В связи с предыдущими изысканиями заглянул в 22.
«Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох – они успокаивают меня».
Последний раз, когда мы сидели на 5-ой Красноармейской за столом вдвоем, она сказала, что э_т_о не страшно. За ее спиной на стене простиралась карта звездного неба. Два черных круга-полушария, как крылья, обрамляли тающую фигурку.
И был день. И на столе горела свеча. И это было в последний раз.
Хокки уже не было. Он был у Кирилла.
15.01.2011
Коитус с континуумом продолжается. В «Известиях» (17.01.2011, стр.7) Людмила Улицкая вещает в качестве профессионального биолога-генетика: «Мы сейчас находимся в состоянии эволюционного скачка».
Кто эти «мы»? Замятин?
А, может быть, Малевич?
Игорь Владимирович Бахтерев?
Ры Никонова?
Беккет?
Где скачок, а где «я-мы».
Общество потребления скакать не может. Оно обречено. Духу тут и веять негде. Вместо духовной эволюции – социальные революции.
Цып-цып-цып, и на шашлык.
Скачок, как предчувствие. Как захватывающая дух перспектива. Теперешний курятник похоже окончательно превращается в птицефабрику. С одной стороны жалко, а с другой…
Как там у Флоренского в «Итогах» – не_надо.
Не надо ада.
Е адо да
До а
О.
– тОчка
18.01.2011
