Следует иметь в виду, что это приятное общение продолжалось в то время, когда на полуострове Флорида царил мир. Семинолы, полукровки, негры и метисы встречались в разных уголках страны, но человек, который относился к ним справедливо и по-доброму, как мистер Мортон, никогда не испытывал перед ними страха. Они часто бывали в его доме, и им никогда не отказывали в еде и крове, независимо от того, как долго они там оставались.
Но, тем не менее, поселенец никогда не обманывался относительно определенного элемента опасности, который всегда существовал. Он был в курсе настроений краснокожих и белых и предвидел беду, которая вскоре покрыла Флориду пожарами и залила кровью. Во время войны 1812 года он был солдатом под командованием генерала Гаррисона, и никто не знал характер индейцев лучше него. Несмотря на его неизменную доброту к семинолам и несмотря на то, что среди них у него было несколько настоящих друзей, он знал, что, когда начнутся военные действия, эти вероломные представители своего народа не проявят к нему и его близким никакого снисхождения – они, в соответствии с печальной традицией, действующей в такие времена, станут поражать невинных с той же беспощадностью, что и виновных.
Мистер Мортон и его сын отправились в гости к шурину одного из родителей за несколько дней до описанного нами инцидента. Их встретили новости самого тревожного характера. Семинолы наотрез отказались покинуть Флориду, как им было приказано, бросили вызов правительству Соединенных Штатов и встали на тропу войны. Разразилась одна из самых разрушительных индейских войн, и никто, кроме Провидения, не мог сказать, когда она закончится и сколько жизней придется принести в ей жертву.
Мистеру Мортону не потребовалось много времени, чтобы определиться с тем, что ему делать. Он решил завербоваться в армию и сделать все возможное, чтобы привести непокорных к повиновению. Действительно, его военные способности были настолько хорошо известны, что его ожидало предложение капитанского чина, каковое он принял в тот же день, когда прибыл в дом своего родственника.
Но необходимо было рассмотреть и решить несколько важных вопросов. Ведь его маленький домик, стоявший недалеко от верховьев реки Сент-Джонс, с содержавшимися при нём домашними животными требовал внимания. Кроме того, в его доме хранилось много ценных для него вещей, в основном напоминавшие ему о покойной жене, которые он хотел бы сохранить. Война с семинолами еще не зашла так далеко, что отец не решился бы вернуться домой, если бы не необходимость отправиться в форт Кинг, не задерживаясь ни часу.
– Почему бы тебе не позволить нам с Диком забрать то, что ты хочешь сохранить? – сказал Джек Рэймор. – Это займет у нас не больше двух-трех дней и станет для нас большим удовольствием; да что там, это ведь то, что нужно! – воскликнул юноша с блеском в глазах.
– Разумеется; ничего лучше и быть не может, – добавил Дик, который был в восторге от предстоящей прогулки, хотя и сопряженной с небольшой опасностью для жизни. – Мы скоро вернемся, и я останусь здесь с Джеком, пока не закончится война.
Отец засомневался. Он вопросительно посмотрел на своего шурина.
– Что скажешь, Джеймс?
– Мне не совсем это нравится, но, возможно, это лучшее, что можно сделать; я готов отпустить Джека, если ты не боишься довериться Дику.
Этот план обсуждался в течение нескольких минут; мать Джека поначалу была категорически против, но, как и большинство матерей, у которых есть крепкие, храбрые и настойчивые сыновья, в конце концов сдалась и неохотно дала согласие. Таким образом, все было улажено.
– Вы, вероятно, найдете там Като, – сказал мистер Мортон, – хотя никто не знает, не присоединится ли он к остальным представителям своей расы, которые в этой войне выступят на стороне семинолов. Скажите ему, что я хочу, чтобы он остался на плантации и присматривал за животными, хотя я не думаю, что он будет уделять много внимания тому, чтобы копаться в земле. Ему не будет угрожать опасность со стороны тех, кто собирается воевать против нашего правительства, но они могут вынудить его присоединиться к ним. Странный будет поворот колеса этой войны, – мрачно добавил джентльмен, – если бы Като и я пришлось бы пострелять друг в друга, прежде чем это дело закончится.
– Ты бы попытался застрелить его? – спросил его родственник.
– Я бы, наверное, так и сделал, если бы увидел его перед собой.
– Как ты думаешь, он верный человек?
– Я
