Какого-то, потому что рисунок очень плохого качества. Возможно, это должен был быть волк, или тигр, или медведь, или лохматый леопард. Сейчас это непонятный зверь размазанно-темно-сине-зеленого цвета. Мастеру – респект, получился артхаус.
Очередь двигалась медленно.
За мной скопилось человек пять. Несколько раз к нам выходил врач и просил быть потише.
Ну как просил… «А ну, закрыли пасть, твари, пока я добрый!»
На несколько минут это помогало, но когда к нам подтягивались новенькие, все повторялось по новой.
На стене висит плакат «Военная служба – дело настоящих мужчин». Написано красной краской, через трафарет, неаккуратно и с ошибками.
Захожу.
Доктор листает мою карточку. Недовольно причмокивает.
– Встать! Садиться не надо.
Я подскакиваю, извиняюсь.
Смотрит на меня.
Впихивает в уши стетоскоп и холодной мембраной приставляет ко мне. Выслушивает что-то. Сердечные тоны и шумы или еще какую хрень.
– Повернись спиной.
Снова слушает, пишет.
– Раньше были проблемы с сердцем?
Я мотаю головой.
– Нет.
– Куришь?
Я обманываю, говорю опять «нет».
Он протягивает мне бумажку.
– Пройдешь более полное обследование в больнице. Вот направление.
Земля уходит из-под ног.
Все? Не покататься на танке?
– Сколько мне осталось, доктор?
Тот смеется и показывает на дверь.
Ему смешно? А мне вот что-то не очень. Предстоит прилечь в больничку, и неизвестно еще, возьмут ли теперь в армию.
Делать нечего, прошел обследование.
В старой больничной палате одиннадцать коек. На каждой лежит по дряхлому деду. Воздух… хоть топор в комнате вешай, видимо, бравые престарелые артиллеристы состязались в стрельбе своими забродившими кишечниками. Лежал… с начисто выбритой грудью, весь утыканный присосками с каким-то прибором. Лежал и терпеливо ждал.
Удивительно, я помню, как чешется кожа под пластырем с присоской, но не могу вспомнить, как выглядел врач.
Целую бесконечную неделю ждал диагноз. И в итоге вердикт – «Не годен».
Это приговор. Это рушило все мои планы. Что теперь? Идти дальше учиться я не чувствовал в себе ни способностей, ни желания. Жениться? Спасибо…
Дома поздравляют. Ай, какой молодец! Не годен! Свобода… Друзья завидуют, спрашивают, как мне удалось одурачить врачей. А мне горько.
Я-то и с девушкой не заводил отношения. Все собирался в армию. Зачем заставлять ждать? Навязывать обязательства. Тем более не дождется. А вдруг еще хуже, дождалась бы. А я вернулся бы и понял, что не нравится она мне.
«Не годен».
И что сейчас, куда податься?
Советчиков оказалось у нас полгорода. Каждый норовит поделиться мудростью и подсказать, как мне жить.
– Вот я в твои годы, если бы…
Кто постарше, заводил беседу с фразы: «Мне б теперешний ум, да в твои годы». После чего я выслушивал бесконечный треп о загубленном таланте, попусту растраченном времени и неудачных обстоятельствах, помешавших рассказчику достичь вершин. Если бы вернуть время, ох как зажил бы…
Я готов учиться на чужих ошибках. Вернее, хочу. Но, как известно, чужой опыт остается чужим. И все советы мудрых поживших растворялись в памяти спустя полчаса.
«Попробуй переехать в другую страну…»
Вот эта часть советчиков убеждена, что все плохо из-за страны, в которой вынуждены жить по тем или иным причинам.
Ох, как же счастлив иммигрант. Ты только представь, там же уровень жизни, зарплата, климат.
Слушаю и понимаю: человек рассуждает о том, в чем не разбирается. Он описывает идеальный мир, который увидел на экране, и уверен, что во всем виновато окружение.
Я не радикальный патриот. Но на этот счет у меня закрепилось свое убеждение. Оно звучит, как пословица: «Где вороне ни летать – все говно клевать».
«Начни бизнес…»
О да. Вот здесь начинаются советы от сведущих. Во-первых, они не понимают, какой из меня «бизнесмен». Во-вторых, сами в бизнесе ни бум-бум.
Их рассказы сводятся к «легкой бизнес-модели», ничего делать-то и не надо, просто начинаешь бизнес и получаешь деньги. О том, какой именно бизнес начать и где найти средства для старта, умалчивают.
Я прям вижу, как пацан после школы заходит в банк и просит кредит на открытие фабрики по производству подшипников. Меня даже слушать никто не станет.
«Не слушай никого, только своих родителей…»
Хороший совет.
Кто ж лучше всех знает меня, понимает и трезво оценивает мои возможности и способности?
А родители:
– Иди учиться. Получи высшее.
Учиться? На хрен, и так умею.
Посидел, поразмыслил. Прикинул, на что гожусь.
Такси.
А что? Чем не работа?
Буду водителем такси.
Кажется, именно так и рассуждал. И техника тебе, и война, если пьяный клиент.
Таксист – мое призвание. Стану лучшим в своем деле.
«Услужливый и внимательный». «Усердный и тактичный».
Соня отпускает меня.
Выдыхаю, откашливаюсь, морщусь.
– Странные воспоминания, – говорит Соня. – Что-то с ними не то.
– О чем ты? – спрашиваю, все еще задыхаясь.
– Не знаю. Пока не знаю. Твои воспоминания… Неестественные. Какие-то ненастоящие. Словно их кто-то придумал за тебя и заставил поверить в их реальность.
Сегодня пасмурно. Гадкие серые тучи.
