Отшельник полностью

Сиара берет меня под руку и тянет к ближайшему официанту, чтобы передать ему пустой бокал.

Официанты, одетые в черно-белую униформу, снуют между гостями, разнося подносы с напитками и закусками.

Подростки отошли от своих матерей, и мы с Сиарой почувствовали себя неловко, оставшись в стороне.

— Мы здесь уже двадцать минут. — Сиара с надеждой смотрит на меня. — Этого достаточно, верно?

Я качаю головой.

— Нам придется задержаться еще минимум на час. Папа заметит, если мы вернемся домой слишком рано.

— В таком случае, мне понадобится еще бокал вина, — бормочет она. Она подзывает официантку поближе и говорит: — Нам два бокала полусладкого вина, пожалуйста.

— Да, мэм. — Девушка кивает и уходит за нашим заказом.

Я замечаю, что Эшлинг Маккул улыбается нам, и быстро растягиваю губы в улыбке, чтобы она не заметила, что мне здесь совершенно не нравится.

— Мам, — окликает Кэтлин свою мать, когда та начинает приближаться к нам, привлекая внимание миссис Маккул к подросткам.

Слава Богу.

Если уж на то пошло, я очень мало знаю о Маккулах или о ком-либо из папиных партнеров. Несмотря на то, что я выросла в мафии, папа никогда не позволял нам вникать в бизнес.

До того, как мама умерла от бронхита, она посещала все светские мероприятия. После ее смерти мы с Сиарой посещали то одно, то другое мероприятие.

— Тебе нравится вечеринка? — Неожиданно спрашивает женщина.

Я оглядываюсь через плечо и только через мгновение вспоминаю имя пожилой женщины.

Повернувшись к ней, я натягиваю на лицо вежливую улыбку и отвечаю:

— Да. Я так рада снова видеть вас, миссис Бимиш. Надеюсь, у вас все хорошо?

Она переводит взгляд с Сиары на меня и, не моргнув глазом, прямо спрашивает:

— Как ты себя чувствуешь после потери мужа?

Его рука обхватывает меня за шею, и я падаю на пол.

Я делаю глубокий вдох, когда Сиара кладет руку мне на спину, нежно поглаживая, вверх и вниз.

Мой голос звучит напряженно, когда я отвечаю:

— У меня все хорошо. — Улыбка на моих губах натянута, и я благодарна сестре за поддержку, когда добавляю: — Спасибо, что спросили.

— Конечно, — бормочет миссис Бимиш. — Должно быть, это ужасно – овдоветь так скоро после замужества. — Она переводит взгляд на Сиару. — Когда ты выйдешь замуж, дорогая?

Он вцепляется в белый шифон, срывая ткань с моего тела.

Я подавляю воспоминания и, чувствуя чрезмерную заботу по отношению к сестре, бормочу:

— Если бы это зависело от меня, то не скоро. — Мой тон звучит намного резче, чем я хотела, и я быстро прочищаю горло.

Миссис Бимиш вскидывает бровь и удивленно смотрит на меня.

— Я уверена, что твой отец считает иначе. Чем дольше он откладывает свадьбу твоей сестры, тем сложнее будет найти для нее достойного жениха. И, конечно, возникает вопрос о рождении детей. Чем раньше, тем лучше.

Прежде чем я успеваю остановить себя, слова срываются с моих губ.

— Я ненавижу, что нашу ценность определяют только по тому, состоим ли мы в браке и имеем ли детей. Женщины представляют собой нечто большее, чем просто эти два аспекта. — Я смотрю прямо в глаза пожилой женщине и добавляю: — Мою сестру никто не заставит делать то, чего она не хочет.

Миссис Бимиш, прищурившись, смотрит на меня и вздергивает подбородок.

— Ты же знаешь, дорогая, что в нашем мире все устроено по-другому.

Мой гнев разгорается все сильнее, и я чувствую, как начинают дрожать мои руки.

— Меня не волнует, как все устроено в нашем мире. Меня волнует только счастье Сиары. — Я вслепую хватаю сестру за запястье и бормочу: — Извините нас.

Увлекая ее на другую сторону лужайки, я недовольно фыркаю, прежде чем мы останавливаемся возле пышных зеленых кустов, растущих вдоль стены по периметру участка.

Положив руку мне на бицепс, Сиара успокаивающе сжимает его, говоря:

— Не позволяй ее словам влиять на тебя.

— Легче сказать, чем сделать, — ворчу я, бросая сердитый взгляд в сторону миссис Бимиш. Она уже разговаривает с другой группой женщин, и когда некоторые из них бросают взгляды в нашу сторону, становится ясно, что она сплетничает о нас.

Мне плевать, кто что думает. Я не позволю Сиаре страдать так же, как страдала я, от рук моего так называемого мужа.

Когда меня заставили выйти замуж за Брейдена Мэллона, моя жизнь резко изменилась в худшую сторону. Я согласилась выйти за Брейдена, чтобы Сиаре никогда не пришлось вступать в брак по расчету.

К счастью для меня, год назад на Брейдена было совершено покушение. Папа разрешил мне сменить фамилию на Девлин, и с тех пор я делаю все возможное, чтобы забыть те два года, которые мне пришлось пережить в качестве жены этого чудовища.

Хотелось бы мне знать, кто его убил, чтобы отправить этому человеку открытку с благодарностью.

— Перестань думать об этом ублюдке, — говорит Сиара себе под нос.

Мои серые глаза встречаются с ее голубыми, и она бросает на меня многозначительный взгляд.

— У тебя снова это странное выражение лица.