Я заставляю себя улыбнуться, а затем смотрю на других гостей.
Я никогда никому не рассказывала о том, что происходило в течение двух лет моего замужества. Иногда мне кажется, что папа знал, что Брейден делал со мной, и приказал убить монстра. Я не могу заставить себя спросить его об этом, а он никогда не поднимает эту тему. Мы как будто молча договорились никогда не говорить об этом.
Несмотря на то, что прошел уже год, мне до сих пор снятся кошмары. Когда приступы паники стихают, я погружаюсь в состояние оцепенения. Воспоминания не оставляют меня в покое, пока я наконец не нахожу в себе силы освободиться от них.
Но уже становится лучше, и я твердо намерена забыть о существовании этого чудовища.
— Кекс? — Спрашивает Сиара, обводя взглядом стол с десертами.
— Они розовые, — шепчу я.
Брейден заставлял меня носить розовое каждый день. Он просто обожал видеть на мне этот цвет.
— Ты ведь знаешь, что ради тебя я могу убрать эту глазурь, — предлагает моя сестра.
Благодарно улыбаясь ей, я качаю головой.
— Нет, спасибо.
Когда к нам направляется официантка с двумя бокалами вина, заказанными Сиарой, над задним двором раздается агрессивный крик.
— Всем лечь на землю!
Мой взгляд падает на группу мужчин, которые выходят из раздвижных дверей и разбегаются в разные стороны дома. Один из них вытаскивает окровавленное тело охранника во внутренний дворик, где и бросает его.
Ледяной шок пронзает меня, когда я понимаю, что на нас напали.
— Господи, — выдыхаю я и, не колеблясь, толкаю Сиару в кусты рядом с нами.
— Грейс, — кричит она, прежде чем исчезнуть в зелени. Я слышу, как она с глухим стуком падает на землю, отчего шелестят листья.
— Не высовывайся, — шиплю я, не сводя глаз с вооруженных мужчин, двигающихся между группами перепуганных женщин, которые быстро опускаются на землю.
Прежде чем я успеваю подумать о том, чтобы присоединиться к сестре в кустах, один из нападавших направляет на меня автомат.
Мои мышцы словно каменеют, и я не могу заставить себя пошевелиться, пока мои глаза встречаются с его враждебным взглядом.
Одетый в джинсы и футболку, он направляется ко мне. Наклонив голову, он рычит:
— Ты что, слишком хороша, чтобы лечь на траву?
С моих губ срывается учащенное дыхание.
По моей коже разливается странное покалывающее ощущение, а зрение словно затуманивается, и единственное, что я вижу – это угрозу перед собой.
— Что вам нужно? — Слышу я вопрос миссис Маккул, и через секунду все мое тело вздрагивает от звука выстрела.
Некоторые женщины кричат, другие рыдают, но я не могу издать ни единого звука.
— Я хочу, чтобы все заткнулись и не шевелились, — приказывает мужчина.
Мое сердце бешено колотится о ребра, и дышать становится почти невозможно.
— Это одна из дочерей Девлина. Приведи ее, — громко требует тот, кто, похоже, является главным.
Нападавший, стоявший передо мной, делает шаг вперед и хватает меня за руку. Когда меня тащат к остальным мужчинам, я настолько ошеломлена, что не могу хоть как-то отреагировать.
— Где твоя сестра? — Рявкает на меня главарь.
Мои губы, которые сейчас суше самой Сахары, слегка приоткрываются.
Главарь подходит ближе и направляет дуло пистолета прямо мне в лоб. Я бросаю взгляд в сторону и вижу, как кровь миссис Маккул просачивается на ухоженный газон, и по моему телу пробегает холодок, когда горькая реальность происходящего полностью обрушивается на меня.
Я слышу плач Кэтлин, и как кто-то хнычет.
Я снова обращаю внимание на мужчину, который стоит передо мной, и наши взгляды встречаются. В его черных бровях заметны седые пряди. Его черные волосы с одной стороны длиннее, а на лице прорезаются морщины, что говорит о том, что ему явно за шестьдесят.
Каким-то образом, по милости Божьей, я обретаю дар речи, и когда слова слетают с моих губ, я удивляюсь, насколько спокойно они звучат.
— Моя сестра дома.
Он качает головой, его глаза сужаются, когда он смотрит на меня.
— Мой информатор сказал мне, что вы обе на этой вечеринке.
Я высовываю язык, чтобы облизать пересохшие губы, прежде чем ответить:
— Твой информатор ошибается. Моя сестра простудилась и находится дома.
Он переводит взгляд с меня на других женщин, и я молюсь всем святым, чтобы Сиара все еще пряталась в кустах. Мне требуется вся сила воли, чтобы не оглянуться через плечо туда, где я ее спрятала.
— Тебя одной тоже, блять, хватит. — Внезапно главарь хватает меня за руку и громко приказывает: — Уходим!
Меня тащат вперед, и с каждым шагом в сторону дома кровь стынет в жилах, а мышцы напрягаются все сильнее.
Когда в поле зрения появляется передний двор и я вижу тела одного охранника за другим, мои ноги застывают на месте и отказываются делать следующий шаг.
