— Нет. — Злость мелькает на его обычно игривом лице. — Ты не сможешь управлять этим местом, прячась в тени. — В следующую секунду злобное выражение исчезает, и он улыбается. — Пойдемте, поедим и выпьем чего-нибудь, пока я пошлю своих людей за доктором.
Когда мы заходим в дом Сантьяго, он оказывается полной противоположностью нашему дому в горах. Каждая комната утопает в роскоши, демонстрируя его богатство.
— Да-да, скромность так и видно, — бормочет Энцо позади нас.
— Когда мы нападем на Родиона Никитина? — Рявкает Илиас.
Доминик резко поворачивает голову в сторону старика.
— Серьезно. Ты хочешь убрать главу Братвы?
— Да! Этот ублюдок послал своих людей напасть на нас.
— Ты что, совсем спятил, старик? — Огрызается Лео. — Никитин в России.
— И что? — Илиас бросает на Лео угрожающий взгляд. — Как глава альянса, я требую, чтобы мы напали на него.
Доминик подходит вплотную к Илиасу, заставляя старика запрокинуть голову. В его голосе звучит лишь безжалостное рычание:
— Ты всего лишь член созданного мной альянса. Если ты не хочешь бросить мне вызов за место во главе стола, советую тебе научиться держать язык за зубами, или это сделаю за тебя я.
Илиас смотрит на него слишком долго, и в следующую секунду кулак Доминика врезается в челюсть старика, отчего тот падает на пол.
— Хорошо. Раз Илиас в отключке, мы можем продолжать, — говорит Сантьяго. — Сегодня чудесный день. Давайте посидим на веранде.
Кассия обходит отца, не удостоив его взглядом, и спрашивает:
— Здесь есть уборная, где я могу освежиться?
— Вон за той дверью. — Сантьяго указывает на другую сторону большого фойе.
Когда мы выходим на веранду, в бассейне оказываются пять женщин. Сантьяго дважды хлопает в ладоши, и женщины выбегают из воды, а затем быстро исчезают в особняке.
— Пять, Сантьяго? — Спрашивает Лео. — Я едва справляюсь с одной.
— Они принадлежат моим мужчинам. Я берегу себя для своей единственной настоящей любви.
Все хихикают, быстро привыкая к манере речи Сантьяго.
Как только Доминик опускается на шезлонг, на веранду выбегает мужчина.
— Антонио, спасибо, что примчался. — Сантьяго указывает на Доминика. — Осмотри моего друга.
Антонио подходит к нам, спрашивая Сантьяго:
— Ты в порядке? Я тоже должен и тебя проверить.
— Позже.
Когда мужчина, который, как я предполагаю, является врачом, пытается дотянуться до головы Доминика, Доминик отталкивает его руку, бросив на него мрачный взгляд.
— Доминик, — огрызаюсь я. — Ты будешь сидеть спокойно и позволишь доктору сделать свою работу. — Я кладу руку ему на плечо. — Пожалуйста. Ради меня.
— Ладно, — ворчит он, кивая доктору Антонио.
Пока врач осматривает голову и бок Доминика, я чувствую, как он напряжен, и продолжаю держать руку на его плече.
— Мне нужно промыть рану у вас на боку и глубокую рану на голове. Без соответствующего медицинского оборудования я не могу определить степень ваших травм. У вас определенно сотрясение мозга от удара по голове.
— Просто промойте раны и покончите с этим, — рычит Доминик.
Бедный доктор быстро принимается за работу. К тому времени, как он заканчивает наклеивать пластырь на рану на боку Доминика, у моего мужа такой вид, словно он в шаге от того, чтобы кого-нибудь убить.
— Сантьяго, мы можем воспользоваться спальней, чтобы Доминик немного отдохнул?
— Конечно. Идите за мной.
Доминик поднимается на ноги, и я быстро бросаю взгляд на доктора.
— Большое вам спасибо. Мы ценим вашу помощь.
Мы следуем за Сантьяго в дом и идем по коридору. Когда он открывает дверь, я практически заталкиваю Доминика внутрь и благодарно улыбаюсь хозяину этого жилища.
Закрыв за собой дверь, я спешу к своему отшельнику, который явно достиг своего предела.
Обнимая его, я говорю:
— Дыши глубоко.
Он крепко прижимает меня к своей груди, тяжело выдыхая.
— Здесь только мы. Ш-ш-ш-ш... — Пытаюсь успокоить его я, покрывая поцелуями его шею.
Проходит некоторое время, прежде чем я чувствую, что его мышцы расслабляются. Я отстраняюсь и говорю:
— Приляг ненадолго.
Он качает головой, но, по крайней мере, присаживается на край кровати.
Я сажусь рядом с ним и смотрю на разноцветный ковер на полу.
Доминик берет меня за руку и, переплетя наши пальцы, говорит:
— Спасибо,
— Знаю, — шепчу я, кладя голову ему на плечо.
Глава 26

Доминик
Проходит немало времени, прежде чем я снова чувствую себя спокойным, но из-за головной боли, пульсирующей в висках, единственное, чего я хочу, – это спать.
— Мне не следовало выходить из себя и бить Илиаса, — говорю я. — Удивительно, что он еще не ворвался сюда, чтобы начать войну со мной.
— Он это заслужил, — отвечает Грейс.
— Если бы не альянс и Кассия, спасшая мне жизнь, я бы задушил его к чертовой матери, — признаюсь я.
— Знаю.
Я вздыхаю и бормочу:
— Нам нужно вернуться и покончить с этим днем, чтобы вернуться домой.
— Уверен? Мы можем остаться здесь еще на час или около того, — говорит Грейс напряженным от беспокойства голосом.
Я заставляю себя улыбнуться, чтобы успокоить ее.
— Да, я уверен. Пойдем.
