Ранульф сунул нож за пояс и развел в стороны края взрезанной мешковины. Взору их предстал труп. Стараясь дышать ртом, Роберт уставился на человека, пытавшегося убить его. Нижнюю часть его лица скрывала борода, но оливковый цвет кожи по-прежнему был хорошо различим, хотя сейчас он приобрел грязно-серый оттенок с коричневыми трупными пятнами по обеим сторонам шеи, образовавшимися там, где она соприкасалась с днищем телеги, когда началось окоченение. Язык распух и не помещался во рту, в котором уже завелись жирные лоснящиеся черви. Личинки копошились и в глазницах трупа.
Роберт с трудом проглотил комок в горле. Он не ощущал ничего, кроме тошноты. Ни жалости, ни гнева и, уж конечно, никакой радости. Он сам толком не понимал, что ожидал увидеть, и знал лишь, что непременно должен взглянуть на тело, после того как Джеймс сообщил ему, что люди Ольстера привезли его.
– Как он умер?
Ранульф откинул мешковину с тела, обнажая дыру на горле.
– Один из рыцарей графа Ричарда оказался метким стрелком. – В его голосе прозвучало искреннее восхищение.
В ране копошились личинки, и казалось, что края ее движутся и вздрагивают. Роберт снова сделал глотательное движение. Ноги у него подгибались, а пятно на сорочке становилось шире.
– Довольно, – решительно заявил Джеймс. – Пойдем, я отведу тебя обратно.
Но тут Роберт заметил арбалет, лежавший в конце стола, под ногами мертвеца. Рядом с оружием виднелась кучка одежды, а также кольчуга и две кожаных переметных сумы.
– Вы нашли что-нибудь, что помогло бы опознать его? – прохрипел он, оттолкнувшись от Джеймса, и вцепился в крышку стола, чтобы не упасть.
– Ничего, – отозвался Ранульф, когда Роберт неверными шагами подошел к арбалету.
– У него был конь, – сказал Роберт, к которому вдруг вернулось воспоминание о жеребце, привязанном снаружи у амбара.
– Наши люди нашли лошадь, – подтвердил охотник. – Но больше на нем ничего не было, – добавил он, глядя на снаряжение.
Роберт провел рукой по цевью арбалета, которое крест-накрест обвивал цветной шнурок. Он выглядел полинявшим и потрепанным, поскольку оружием, очевидно, пользовались очень часто. Рядом лежал колчан. Один болт валялся на крышке стола, древко его было сломано пополам. Он взял в руки перепачканный кровью наконечник.
– Его вынули из вас.
– Я бы хотел оставить его себе, – пробормотал Роберт.
Ранульф пожал плечами.
– Если коронер не будет возражать, забирайте. – Он нахмурился. – Хотя я не понимаю, зачем он вам понадобился.
