–Мой брат работает в больнице. Он показывал мне похожее устройство. Кроме того, в Городе полно охранников, волей-неволей обратишь внимание. Но это наверно другая модель, отличается от того, который я видела.
Пит смущённо втягивает голову в плечи. Кит что-то подбирает, протягивает мне.
–Они?
Наушники магнитные, крепление само притягивается к разъёму. Один наушник беру себе, второй протягиваю Ламе. Слова Тика на счёт командиров в лесу прочно закрепляются в подсознании. И Лама один из немногих, на кого я могла бы положиться. В конце концов, он никому не выдал мой секрет, хотя ничем мне не обязан. Что касается Кит… Она, конечно, хорошая, но… А Пит… Тут и думать нечего. До сих пор для меня загадка, как ему удалось выжить в лесу. И кто вообще додумался оставить его здесь охранником?
Нащупываю небольшую кнопку на боку корпуса. Но палец опускается и замирает. Кто ответит нам? Что говорить? Чего добьёмся мы, связавшись с теми, на чью волну настроен сигнал? Мне неизвестно, как далеко он распространяется. Быть может, ответа не будет. Но все вопросы останутся лишь вопросами, если бездействовать. Лама подбадривает меня взглядом, и я давлю кнопку.
И ничего не происходит. Сначала. А потом механический голос произносит цифры – одну за другой. Много цифр и несколько букв. Потом сообщение повторяется. Вновь повторяется. Запись идёт по кругу. Мы смотрим друг на друга и ничего не понимаем. Подношу на всякий случай микрофон к губам, никто не отзывается. Всё тот же голос без эмоций произносит свои цифры. Пытаюсь найти ещё кнопки. Возможно, нужен другой режим. Но кнопка одна.
–Есть предположения?
Лама качает головой. Мы даём прослушать запись Кит и Питу, но и у них никаких догадок. На всякий случай, уже почти ничего не боясь, мы кричим в темноту. Нет, никого. Мы идём к домику, молчаливые, поникшие. С одной стороны, хорошо, что это не взрывчатка, и все остались живы. Но очередная загадка, похоже, нам не по зубам.
–А с чего вы взяли, что прибор появился тогда же, когда и Мира? Разве не могли его подбросить позже?
–Могли,– пожимает плечами Лама.– Просто этот вариант мне кажется наиболее правдоподобным. Сама рассуди, в таком переполохе легко проникнуть незамеченным и уйти безо всяких последствий.
Может, он и прав. Нельзя сбрасывать со счетов ни один вариант. И всё же подобный писк сложно не заметить.
–Ночуем здесь,– объявляет Лама, когда мы доходим до домика охраны.– Второй раз рисковать не стану, перейти ночной лес – не в игрушки играть.
Никто не оспаривает его решение: оно действительно разумное. Внутри тесно, Пит разжигает свет и суетливо сметает с покрывала единственной кровати крошки. Мы садимся, не обращая на него внимания. Только Кит мимоходом усмехается, чтобы тот успокоился. «Как девчонка на первом свидании»,– говорит она. В оконное стекло бьются мушки, звенят крыльями – притягивает свет. За окном непроглядная темнота, она кажется более глубокой из-за контраста со светом. Чувствую себя неуютно: не даёт покоя, что мы как мишень, домик просматривается со всем сторон. Нам же не видно ничего за его пределами. Приборчик по-прежнему держу в руках. Да, по виду он очень напоминает те, что были у охраны и Эрика. Но кнопка одна – та, что включает запись. Проверяю на всякий случай, не поменяет ли режим, если нажать несколько раз? Нет. Значит, это просто записывающее устройство. Но зачем оно здесь, кто подложил? Хорошо хоть не испортилось под дождём.
Вспомнив о дожде, под который попали, вновь чувствую мокрую и холодную одежду кожей. Хочется высушиться хорошенько, забраться в тепло, потому что в горле уже начинает неприятно першить.
–Так.
Лама поднимается, разбивая задумчивое оцепенение.
–Хватит мозгами скрипеть. Пока есть одно предположение: этот самый переговорник попал сюда вместе с твоей подругой, как её?
–С Мирой,– подсказываю я.
–Да. Значит, поговорить нужно с ней. Дальше проблемы решать будем по мере их поступления. А сейчас нужно согреться, у всех зуб на зуб не совпадает. Пит, куда ты чайник затолкал?
Пит вытаскивает чайник из-под кровати. Вытирает мокрой кофтой от пыли. Лама тем временем настраивает небольшую плитку, размером чуть больше донышка чайника. Колдует над кнопками.
–На ней готовить и разогревать можно,– поясняет он удивлённой мне.– Там внутри газ.
–Я знаю, знаю,– перебиваю парня.– У нас в Городе такая. Но её же заправлять нужно, где вы добываете газ?
–Добываем,– улыбается уклончиво он.
Чай согревает, успокаивает. Мы в который раз обсуждаем события уходящей ночи, но ни к чему дельному не приходим. Наконец, Лама тушит свет, мы с Кит устраиваемся на кровати. Она настолько узкая, что с трудом помещаемся. Ребята располагаются возле окна, всматриваются в темноту, думая каждый о своём. Я сжимаю в ладонях прибор, доставивший нам столько переживаний. Мы не касались этого вопроса, но негласно приняли решение оставить его мне – как человеку, разбирающемуся чуть больше других. Надеюсь, решение очередной проблемы не заставит себя долго ждать.
