Никто уже не смотрел на Джолану искоса, но и общаться особого желания не изъявлял. Все вежливо сторонились её словно прокажённую. Очевидно, из-за страха перед заразой, а может, и из-за постоянной близости Казимира, который заботливо оберегал сестру от всего подряд.
Когда они всей толпой начали заниматься стрелковой подготовкой и отрабатывать групповое слаживание, Джолана сразу заметила, что оружие в руках бойцов брата сильно отличается от того, что она видела у них в Беркане. Если раньше все были вооружены в основном пистолетами и ружьями, то сейчас каждый держал в руках странного вида карабин либо пистолет-пулемёт. Один из таких карабинов достался и Джолане.
В руках оружие ощущалось крайне необычно. Как металлические, так и пластиковые элементы корпуса на ощупь были совсем не гладкими, а имели непривычную волнистую фактуру, словно их отливали на кривой замусоренной матрице. Брат объяснил, что большая часть деталей этих пушек не отлита, а отпечатана на 3D-принтере, лишь стволы взяты от реальных списанных огнестрелов.
Как оказалось, несколько лет назад Казимир вместе с парочкой приятелей замутил незаконный, но очень прибыльный бизнес. Где-то за городом они сумели собрать полноценный промышленный принтер и начали активно клепать на продажу различные штуки, в основном стреляющие. Они даже боеприпасы научились делать своими руками. Пули отливали из свинца в заранее напечатанных матрицах, гильзы штамповали из латуни, а порох и гремучую ртуть для капсулей Казимир изготавливал сам, всё же он был неплохим химиком.
Обычно они выполняли штучные заказы и только от проверенных людей, чтобы не попасться в руки копов. Но примерно полгода назад к ним пришёл запрос на довольно крупную партию оружия и патронов. Казимир сначала сомневался, стоит ли браться за такое, но, когда покупатель сделал полную предоплату золотыми монетами и слитками, все сомнения в его надёжности вмиг развеялись.
Однако за пару месяцев до катастрофы, когда партия была почти готова, заказчик внезапно перестал выходить на связь. За оружием никто не приезжал, возврата предоплаты никто не требовал, поэтому весь товар так и остался лежать в схроне далеко за городом. Хранившихся там стволов легко хватило бы, чтобы вооружить если не роту, то по крайней мере взвод бойцов. Как позже предположил Казимир, конечными заказчиками могли быть фанатики, которых полиция окружила в поместье на востоке долины. Это объясняло, почему они так и не забрали свой заказ.
Ранним утром в дверь комнатки Джоланы постучались. Девушка быстро оделась и разрешила стучавшему войти. Послышался звук открывающегося замка, дверь распахнулась. На пороге стоял Казимир с миской горячего супа в руках – он, как обычно, принёс ей завтрак. Поставив миску на стол, он положил рядом связку ключей.
– Больше я не буду запирать тебя по ночам, – спокойно произнёс он. – С парнями я всё обсудил, они тоже не против дать тебе полную свободу передвижения.
– Ну… ладно. Как скажешь, – улыбнувшись, она зачерпнула ложкой суп. – Сегодня у нас рукопашка или снова с огнестрелом работаем?
– Ни то, ни другое, по крайней мере не со мной.
– В смысле? – удивилась девушка, отложив ложку.
– Ближайшие пару дней тебе придётся потренироваться без меня.
– Ты куда-то уходишь?
– Да. Мы тут с парнями решили ненадолго сгонять в Беркан.
– В смысле в Беркан? – Она отодвинула миску. – Каз, ты в своём уме? Там же полно этих тварей.
– Уже две недели прошло. Я думаю, большинство из них уже сдохли от голода или жажды.
– Ну так какого чёрта тебе там… – она осеклась, машинально прикрыв рот от осознания. – Ты… Ты хочешь попасть в парк?
– Я думал об этом, но… нет, я не смогу. Да и смысла нет никакого, только раны расковыривать.
– Тогда зачем тебе в Беркан? Это же мёртвый город.
Помолчав некоторое время, Казимир неуверенно ответил:
– Мы тут с парнями вчера обсуждали, что нам делать дальше.
– И?
– Все до единого горят желанием расквитаться с этими ублюдками. Некоторые даже поклялись, что скорее сдохнут, чем откажутся от мести.
– А ты?
– И я тоже, – его голос был пропитан ненавистью и скорбью. – Я не смогу их простить… никогда. Они отняли у нас с тобой самое дорогое. Я заставлю этих трусливых выродков страдать, ей-богу заставлю. Клянусь, они сполна заплатят за всё, что сделали, – с тобой, со всей нашей семьёй и с остальными. Они познают, что такое боль и отчаяние.
От этих слов в груди у Джоланы вспыхнул огонь, горячий и согревающий. На её лице расцвела тонкая холодная улыбка, словно трещина во льду. Сжав кулаки, она посмотрела в печальные, но вместе с тем наполненные ненавистью глаза брата. Татуировка на его правой скуле, похожая на иероглиф, резко подёргивалась. Выразив согласие медленным кивком, девушка спокойно проговорила:
– Так зачем тебе в Беркан?
– Кое-что проверить. Ты сказала, что в колонне было не больше пары сотен копов. Верно?
– Да, копов примерно столько плюс сотня-другая штатских. А что?
– Если так и было, значит, с базы ушли далеко не все.
– Хочешь сказать, там ещё есть кто-то живой?
