– Что это за ранение такое? Оно что, могло привести к смерти Никитина? – поинтересовалась Олеся Сергеевна у криминалиста.
Пожилой эксперт был также явно озадачен. Порывшись в чемоданчике, он извлёк оттуда какой-то тонкий стальной щуп и произвёл аккуратное зондирование раны, очевидно, пытаясь обнаружить раневой канал. Спустя некоторое время ему это удалось. Неожиданно зонд словно провалился в пустоту, глубоко погрузившись в человеческую плоть. Из ранки тут же вытекло большое количество темной свернувшейся крови и парочка сгустков, после чего наружу стала медленно истекать окрашенная кровью полупрозрачная жидкость.
Завершив манипуляции, Сайбох снял со своего мясистого носа очки в тонкой металлической оправе, почесал в задумчивости переносицу, а затем, вновь водрузив их на прежнее место, обратился к сотруднице уголовного розыска.
– Если честно, Олеся Сергеевна, то пока что я затрудняюсь ответить вам на этот вопрос. Хоть я и не судебный медик, а эксперт-криминалист, но мой опыт подсказывает, что скорее всего, да. Обратите внимание: из ранки сочится ликвор. А это может означать лишь одно: имеется сообщение со спинномозговым каналом. Но… только судебно-медицинское вскрытие расставит всё на свои места. Хотя, конечно, если рассуждать чисто теоретически… Например, удар был нанесен какой-то толстой, прочной, очень острой стальной спицей… или тонким узким медицинским стилетом. А так же при условии, что удар пришёлся точно в область основания черепа и при определенном угле наклона… то в таком случае это вполне могло привести к мгновенной смерти. Единственное, что меня смущает, – почему практически не было наружного кровотечения?.. Но всё это, как я уже и говорил, пока что относится лишь к разряду теорий. А потому давайте не будем спешить и делать скоропалительные выводы. Извиняюсь, но повторюсь вновь: всё станет ясно после результатов вскрытия. В любом случае версия убийства теперь выходит на первый план, – категорично заявил Виктор Феликсович.
Услышанное взволновало Киряк. Она прекрасно понимала, что если это действительно окажется убийством, то, учитывая, кем являлся в криминальной среде Никитин, вывод напрашивался только один – убийство заказное. Правда, исполненное столь изощрённым способом, что вызывало пока определенные сомнения. Действительно, если это «заказуха», то почему для своих преступных целей убийца не использовал что-то традиционное, например, огнестрельное оружие или нож.
Ходить за ближайшим примером далеко не требовалось. Полгода назад город встряхнуло от бандитских разборок. Тогда всё происходило довольно просто, грубо и без затей. Криминальный авторитет по прозвищу Гром, урожденный Громов Сергей Николаевич, вместе с «бригадиром» и двумя «быками» был расстрелян из автоматов неизвестными лицами при выходе из ресторана «Русский». После чего был ответ в подобном стиле от противоборствующей группировки, а дальше «закрутилось – понеслось»… Поэтому думать, что конкуренты Никитина по преступному сообществу убили его вот так изящно, в стиле шпионских боевиков, было как-то малоправдоподобным. Однако в любом случае версия заказного убийства теперь уже однозначно выходила на первый план.
– А где дежурный следователь? Кто сегодня старший группы? – поинтересовалась Киряк.
– К моему большому сожалению, сегодня дежурство следователя Озерова. Да он куда-то наверх с местным участковым пошёл, – недовольно пробурчал эксперт, всё ещё рассматривая раневой канал в области затылка бандита.
– Озеров… – грустно вздохнула Олеся Сергеевна. – Ну Озеров так Озеров.
– Эх!.. Вот незадача!.. А я тут уже всё сфотографировал, замерил, записал. Опять придется начать заново… Кстати, сегодня в бюро судмедэкспертизы дежурит наш хороший знакомый – Петр Николаевич Ильин. Если сами съездите к нему и попросите старика – он вам точно не откажет. К утру уже заключение по результатам вскрытия получите: Ильин тянуть не любит. Но вы лично должны его попросить. Потому, как если узнает, что это Озеров торопит, всё затянется надолго, по максимуму.
– Спасибо, Виктор Феликсович, за совет, но вначале нужно самого Озерова поставить в известность. Я думаю, его такая новость совсем не обрадует.
Олеся Сергеевна хорошо знала этого следователя, который за свою патологическую леность и нерасторопность получил в отделе следствия занятное прозвище – Груз. Кроме того, Озеров имел буквально патологическое влечение к представительницам слабого пола, вне зависимости от их возраста и комплекции, а так же непреодолимую тягу к крепким спиртным напиткам, что, однако, никак не мешало ему работать в следствии уже много лет.
Выйдя из лифта на площадку первого этажа, она почти сразу же услышала раздающиеся откуда-то сверху громкие мужские голоса. Недолго думая, Киряк шагнула в сторону подъездной маршевой лестницы и быстро зашагала по ступенькам вверх.
