— Рем, как насчет чего-нибудь вроде «эй, ребята, смотрите, я снимаю штаны, а вы сразу делаете вид, что нас здесь нет»? — проговорил я сквозь десны.
— Думаешь это так просто? — огрызнулся тот, быстро пыхая трубкой. — У всего есть предел. Особенно у допущений в сверхлогике. Их слишком много.
Кира прижалась к моей спине и стиснула правую руку. Это, по-видимому, означало, что добраться до «Стремительного» мы не успеем. Варвары, хватая сети и двузубцы, окружали нас.
— Есть идеи, Цып? — спросил я с надеждой.
— Циф, — мрачно напомнил тот. — Циф! Циф-циф.
— Что?! — подпрыгнул я. — И сколько нужно ждать?
— Циф.
Стотри притормозили. Они увидели, как Великий и Ужасный Вохрас воздел сухие руки к небу и принялся хрипло и яростно что-то выкрикивать. На их взгляд колдун готов был разразиться чудовищным маггическим выбросом, от которого твердые воды встанут на ребро. Варвары не были знакомы с грязной руганью подпольных общин Авторитета, берущих свои жизни взаймы у закона.
Краснокожие остановились.
Я понял, что, оказывается, удачно блефую. Рем обещал что-нибудь придумать и просил меня не останавливаться. Кира предлагала биться до конца, до самой смерти.
Змей знает что.
Потом раздался первый вопль. Стотри обернулись. В их тылах что-то происходило. Что-то крайне неожиданное, судя по тому, как вытягивались их лица.
— Крабы!
— Змеи!
— Рыбоноги!
— О, Великий Терминал, что это?
На моих глазах за спинами стотри вырос гигант состоящий из бешено мельтешащих крабов. Он ударил ногой. Пилигримы взгорбились. Из трещащих разломов вверх ударили гейзеры из сельди. Крабовый голем поднял правую руку, которая грубо трансформировалась в пушку.
Стотри попадали под залпом морских ежей.
Почти сразу в чудовище ударили радуги, и оно засвистело, скукоживаясь. Запахло жареным крабовым мясом. Рем хохотал и облизывался.
Монстр сложился напополам и рассыпался. Разрозненные крабы при поддержке кавалерии рыбоногов нападали на стотри, давя числом. Слышались задыхающиеся крики и мычание. Вырастали новые големы. Один за другим они распрямлялись и шли в бой, сея смерть, разрушение и боль своими ежеметами. Воины стотри в сайских доспехах нападали на них, но что они могли сделать этой аморфной массе постоянно перестраивающихся врагов?
В наступившей неразберихе, шуме, треске и криках, я понимал только одно: крабы расчистили нам коридор к отступлению. Только совсем не туда, где был пришвартован «Стремительный».
— Кира! — позвал я, с трудом перекрикивая гам. — Что происходит?
— Понятья не имею!
— Так это не ты?
— Нет! Такое мне не по зубам! Я думала, это ваша работа!
— Змея с два. Все, что осталось после Экстрактора пошло на трансгрессию из дворца!
— Нужно валить, пока есть место! — встрял Рем. — Нет времени думать, надо реагировать!
Мы побежали, разбрызгивая суп из перемешавшейся морской воды и печеных клешней.
Впереди послышались взрывы, и небо над корабельными пристанями расчертили дымные обломки разнообразных «Превозмогающих черепах», «Быстрых дельфинов» и даже «Кораллушек». Взревело пламя, жадно набрасывающееся на парусину, оснастку и пропитанные жиром борта.
На погрузочных механизмах кишели крабы и чайки. Они трепали тросы, которые с хлопками и свистом разбегались в разные стороны, натягиваясь под опадающими секциями и суставами.
Обезумившие от страха моржи вырвались из своих загонов и ринулись в толчею.
И вот тут-то начался настоящий хаос.
— Может быть Авторитет атакует?! — предположил Рем.
Он увернулся от какого-то особенно настырного стотри и пробил ему кинжалом коленный сустав.
— Крабами? — уточнил я, удерживая варваров на расстоянии искрящим посохом. — Звероукротители на такие мелочи не размениваются!
— Это не мелочи, — прорычал кто-то.
— Ну, вообще-то, крабы довольно маленькие, — парировал Рем, не оборачиваясь.
— Они
— Гораздо проще сказать «маленькие», — не сдавался сухолюд.
— Да как ты смеешь так говорить, когда они разбивают…
— Стоп, — опомнился я. — А ты еще кто такой?
Громила в тигровом балахоне, короткими жестами перенаправил несколько хвостатых воинов на подбирающихся к нам стотри, и сказал:
— Вохрас не помнит меня! Ну, конечно. А ведь это именно я пытался помочь, когда Реверанс только похитил тебя.
— Крысы? — заподозрил я. — Ежи?
— Да, мы не успели встретиться лично, — подтвердил незнакомец. — Я Миумун, верный слуга Торкена. Меня послали, чтобы найти тебя и обезопасить. Но ты не пытался сопротивляться Реверансу. Возможно, ты даже симпатизировал ему. Он манипулирует людьми как собственными пальцами! Однако, судя по тому, что ты бежишь мне навстречу, у тебя уже сложилось впечатление о нашем общем враге. Теперь, главное, не глупи и ступай за мной. Я вывезу тебя с острова.
— А что потом? — спросил я широкую спину.
— Я могу с уверенностью сказать тебе, что будет потом, если ты не проявишь благоразумие, человечишка! — рыкнул Миумун. — Ты и сам это знаешь.
