— А что толку? — вздохнул Рем. — Впрочем, кто мы будем, если не попробуем. Постой-ка, — он смотрел на поверхность воды и недоумевал. — А где она?
— Может быть, утонула, — я развел руками.
Рем встал и обежал башню кругом. Это заняло время.
— Ее нигде нет, — сообщил он, остановившись рядом со мной. — Она не всплыла. Слушай Прес, я толкнул ее не настолько сильно, чтобы она воткнулась в дно. Она должна была всплыть.
— И что это значит? — спросил я ухмыляясь.
— Ну… Либо палку заглотил какой-нибудь совсем уж отчаявшийся монстр. Либо там какая-то зловещая маггия, которая притягивает ко дну все, что попадает в ров. Чтобы не дать всплыть идиотам вроде нас.
— Возможно, — кивнул я, поднимаясь. — Но ни в том, ни в другом случае Дориан Виг сотоварищи, не рискнул бы соваться туда. Ведь ты прав Рем, такие выдающиеся личности не могли себе позволить барахтаться в этом отстойнике.
— А если башня специально придумала это, чтобы заманить нас?
— Сомневаюсь, — я достал из кармана клок бороды. — Видишь? Это, не шкура матки некуморков. Это борода Тепе Красивого. И нас от некуморков спасла башня. Больше некому. А стало быть, она нам симпатизирует.
— Что ты сейчас сказал про бороду? — встрепенулся Рем.
Я повторил.
— Ах ты… — глаза сухолюда налились кровью. — То есть мы должны были подохнуть там?
— Но не погибли! — возразил я торжественно.
— Я оторву тебе голову, — сообщил Рем, сжимая кулаки.
— Сначала догони, — ощерился я.
И одним плавным движением ступил на край и нырнул в теплую слепящую воду.
из мемуаров Севора Учителя, мастера рукопашного боя.
Первое, что я увидел, после того как мой хребет нашел опору, был второй Престон, который смотрел на меня сверху, скрючившись в противоестественной и жалкой позе. Спиной он лежал на полу, а зад его, с отвисающими вперед ногами, упирался в стену. С кончиков мокасин прямо на лицо капала вода, и вообще вода сейчас была в каждой нитке его одежды. Однако, несмотря на всю очевидную нелепость своего положения, он улыбался. Я тоже улыбнулся его самоиронии, а двойник вдруг исчез, и мне на голову, изрыгнув терпкое проклятье, свалился Рем.
Я охнул, и спихнул его с себя, пытаясь не угодить лицом в самые интимные промежутки сухолюда. Наконец, после яростной возни, мы приняли человеческие позы.
Рем сказал:
— Конец тебе, мудила, — после чего заехал мне в живот локтем.
Некоторое время я вынужденно хранил молчание, и, отдуваясь, глядел, как Рем, все более дурея лицом, осматривал место, в которое мы попали.
Это было нечто вроде замкнутого кольцеобразного коридора, идеально-ровного, с полом и стенами, покрытыми прозрачной плиткой. На стенах эта плитка излучала ровное, приятное сияние, похожее на свет, прошедший сквозь пивной бокал.
— Престон…
Я не ответил, посмотрел наверх и снова увидел себя — зеркальное отражение в спокойной зеленоватой воде. Это была та самая вода, в которую я прыгнул, только теперь она была над головой. Влага из наших с Ремом хлюпающих одежд, начала подниматься обратно крохотными капельками. Через минуту мы перестали хлюпать.
Из потолка вдруг вывалилась черная древесная жаба, и, слабо пискнув, упала на пол двух шагах от нас. Что-то вспыхнуло, раздался сухой электрический треск, и земноводное разорвалось как мыльный пузырь. Мне на щеку попало теплое и липкое. Я утерся высохшей перчаткой и сказал:
— Предлагаю не расходиться.
— Все-таки она принесла нам удачу, — сказал Рем. — Смотри-ка, что я нашел.
Он передал мне шест, который каким-то чудом не угодил в опасную зону.
— Попробуй им, — предложил Рем решительно.
— А что сам? — спросил я.
— Во мне слишком много стали, — ответил сухолюд вполне серьезно. — А тюфяк вроде тебя электричество не пропускает. Просто ткни палкой, змей подери.
— Учти, что от меня грязи будет больше, чем от жабы, — предупредил я зловеще. — Грязный, вонючий и одинокий Рем. И палка. Вы с ней проведете здесь не один приятный вечер.
Впрочем, несмотря на мою желчь, выбора у нас не было. Входа в башню, в том месте, где мы оказались, не наблюдалось. Выхода наружу — тем более. Я, конечно, мог бы использовать крюк-кошку, но вряд ли он зацепился бы за что-нибудь, на глиняном боку рва. Да и вообще, не знаю, что чувствовал в этот момент Рем, но я захлебывался от внутреннего возбуждения. Что-то действительно начало происходить. Что-то из старой сказки, в которую не верят даже детишки постарше. Сначала некуморки, потом это невероятное представление, а теперь… Ну не знаю. Что-то наверняка можно было сделать и с этой ловушкой. Нужно лишь… потыкать палкой. Да.
