Я стукнул деревянным щупом на шаг вперед. Ничего не произошло. Я стукнул чуть дальше. Снова безопасно. На третий раз палку что-то оттолкнуло от пола, и она с громким хлопком, воспламенилась. Я быстро достал свой носовой платок и потушил ее.
— Рисковать нашей счастливой палкой я больше не буду, — заявил я. — Теперь лезь туда сам.
— Не дури, — отмахнулся Рем. — Ударь рядом с тем местом.
На этот раз удар был куда слабее, палка даже не шелохнулась, лишь слабое потрескШышие напоминало о смертельном призраке коридора.
— Хм… А слева, — подсказал Рем.
Я стукнул слева. Ничего.
— Отлично, кости Первого, — довольно сказал Рем. — Так вот и пойдем, как слепые побирушки, пока не найдем вход… Этот Вориан Диг пробрался, и мы проберемся.
Так мы и поступили. Шаг за шагом, постукивая шестом и шаркая мокасинами. Безопасная тропка петляла как история пьяного барда, и мы продвигались довольно медленно. Это меня беспокоило, амулеты амулетами, а встречаться с маггом, после «ночи глухоты», мне не хотелось. «Ночь глухоты» случается раз в нерест Светозверя, и после нее всяческие владельцы Силы, становятся особенно раздражительными. Я точно не знал, стоило ли опасаться Вохраса, но судя по тому, что произошло на поверхности, он был оболган официальным преданием. Мне было решительно непонятно, почему он покровительствует нам.
— Вот оно, — сказали мы почти одновременно.
Мы остановились и с минуту молчали, разглядывая «оно». Оно напоминало два круглых глаза, круглый пористый нос и закрытый скорбный рот. Оно резко выделялось из общей стеклянной текстуры коридора и напоминало кусок скалы, вмурованный в стену.
— А что это, змей подери? — изумился Рем.
— Ну… — я осторожно потыкал палкой в огромную отвисшую губу. — Похоже на путеводный камень, которые ставятся на участках торговых трактов в Империи Сай. Такие штуки подсказывают путникам дорогу на развилках и предупреждают о разбойниках. Я видел картинки.
— И что с ним делать? — Рем пролез вперед. — Отдай палку… — Он щелкнул камень по носу. Потом сделал это чуть посильнее. Потом пнул ногой. И уже достал было ручного хлопыша, но я схватил его за руку.
— Клянусь Первым, Рем, когда-нибудь ты сделаешь что-нибудь настолько глупое, что сам удивишься, и тогда наступит конец светозверя, — сказал я с неудовольствием. — Смотри как нужно.
Я приложил к камню руку и сказал утомленным голосом, сильно окая и гнусавя:
— Клянусь девятью ящерами, совершенно не понимаю, куда идти дальше!
Камень лениво дрогнул.
— Я устал, мои грузовые меригины взмылены, а товары портятся, — продолжил я.
Камень выпятил губу.
Осталась последняя часть ритуала. Я пошарил по карманам и чертыхнулся.
— Рем!
— А?
— Есть монета? Или пара камней? Хоть какая-нибудь валюта? Черт, он наверно не ест ничего кроме золота и минералов.
— Ему нужно скормить деньги? — возмутился сухолюд.
— Да, без этого можно пососать ноги, — сказал я. — Кости Первого, ну почему я не взял с собой кошель.
— Чтобы разорить меня! — проворчал Рем. — А может просто засунем хлопыша ему в ноздрю?
— Рем, давай не будем давать волю твоей жадной заднице, и просто проникнем в эту башню, вынесем в миллион раз больше сокровищ, и я потом отдам тебе этот жалкий золотой или камень из своей доли, — убедительно парировал я.
— Вонючие сайцы, — Рем, так чтоб я не видел, достал из кошелька самый плохонький побитый профиль, и, скрипя зубами, дал его мне.
Я положил монету на губу, и она скользнула куда-то в полость. Внутри камня глухо щелкнуло, завертелось, лязгнуло, и он произнес голосом прекрасной сайской гейши:
— Ты заблудился, о, путник?
— Мои слуги выдохлись, мои ноги поют скорбно, мой меч утомился повергать разбойников, — подтвердил я.
— Тогда поведай мне путник о…
Голос гейши осекся, нутро камня снова неопределенно щелкнуло, там что-то быстро прокрутилось, и он прогрохотал:
— Назови себя!
Я посмотрел на Рема. Рем соорудил из пальцев корону на своем хохолке.
— Дориан Виг, Светлейший, Храбрейший, Достойнейший, — представился я скромно.
— Пароль! — рявкнул камень.
У меня опустились руки. Я привалился к стене, и обеими руками помассировал лицо. Пароль — это здорово. Это, пожалуй, даже чуть хуже, чем некуморки. Хотя бы потому, что некуморков мы уже минули, а этот змеев камень мог дать нам пару уроков отчаянья, безысходности и фатализма.
— Присаживайся Рем, — пригласил я. — Как много слов ты знаешь? Желательно хоть как-то связанных с дворцами, коронами, похотливыми фрейлинами, властью и внешним долгом.
— Авторитет, — начал Рем. Он, тоже привалился к стене, только противоположенной. Достал кисет, трубку… Сизый дым моментально распространился по нашему каземату.
— Валлис, — продолжил я.
— Кто это? — спросил Рем.
— Неважно. Один из его близких друзей.
— Угу… — Рем пыхнул вверх мощной струей дыма. — Магарики.
— А это что? — в свою очередь осведомился я.
— Это наше национальное блюдо, — Рем облизнулся. — Мясные шарики. Я бы сейчас навернул котелочек.
— Светозверь подери, какое отношение твои мясные шары имеют к Дориану Вигу?! — не выдержал я. — Вы тогда еще не были открыты с вашими отравленными островами и магариками!
