Они вновь встали на позицию, но теперь слуги, что наблюдали за этим со стороны, уже совсем не могли понять, кто из них кто, ведь теперь атаковали обе стороны: и Абель, и его оппонент — Уи.
— Всё ещё медленно, Абель! — кричал со стороны Норман.
— Знаю! — успевал отвечать пасынок.
— Не отвлекайте его, мой Король! — встревал Уи, как обычно.
И всё это происходило, пока Уи наступал, наносил мощнейшие удары, которые не может выдержать никто, за исключением Нормана, и, видимо, Абеля. Он теснил его, заставлял отступать и чуть ли не упираться лопатками в холодную стену тренировочной комнаты.
Абель, вновь блокировав удар Уи, оступился и потерял равновесие, однако, благодаря этому Уи промазал, видимо, подумал, что Абель сделал этот маневр намеренно. И ещё удар! И ещё! И ещё! Но Абель в очередной раз уклонялся, в этот раз заставив Уи, видимо от злости, проделать дыру в стене и, вместе с этим, сломать своё оружие.
— Перестарался, — сплюнул Уи.
— Ну ты и неудачник, — похлопал по его спине Абель.
— Ваше Величество, разрешите вдарить вашему сыну? — левое веко Уи дрожало, когда он повернулся к Норману.
— Хм, — задумался король Изумруда, — Но Абель прав, кажется, тебе снова нужно вернуться к основам, потому, кажется, ты снова не контролируешь силу. Уже забыл, что было в последний раз?
Уи посмеялся и его гнев, злость на Абеля, мгновенно улетучились только от воспоминаний прошлого. А спустя мгновения Уи зарделся, проговорив:
— Прошу простить вас, мой Король, за все те проблемы, что я вам принёс, — преклонил колено Уи.
Норман лишь помахал рукой, мол, хватит такого отношения и то, что они всё-таки друзья. Тот в ответ лишь вновь зачитывал клятву своему королю, смущая тем самым Нормана.
Абель же под шумок, пока никто не видит и пока никто не начал отчитывать его, быстренько смотался из тренировочного зала, до самого конца оглядываясь на Уи и Нормана.
«Кто же такой мой отец?» — долгое время задавался вопросом Абель.
Абель, одетый лишь в белую, промокшую и пропахшую потом, рубаху и свободные штанцы. Он шёл по коридору в тренировочных сандалиях, что носили все в той комнате, правда, непонятно по какой причине. Абель решил думать, что это просто традиция такая.
Они прибыли в королевство полгода назад, это был солнечный и яркий день, полный веселья и…
***
И в тот момент застыл, встав на месте, как вкопанный, из-за чего в него врезался парень-советник. Он не хотел идти дальше, не хотел видеть тех, кто бросил его и тех, кого он так ценил и уважал. Абель ведь… Считал Робби настоящим другом…
— Идём, Абель, — сказал Норман, будто бы знавший о чём думает его пасынок, — Страх нужно встречать с распростёртыми объятиями, так тут говорят.
Когда он опомнился, то уже никого не было видно. Абель понял, что упустил свой шанс увидеться с другом, но решил… Что так будет даже лучше. Они больше не друзья, и он должен помнить, что они сделали с ним. И ему следует просто… Забыть о них…
***
Абель уже находился в своей комнате, застёгивал коричневый жилет надетый поверх зелёной рубашки. Привёл в порядок растрёпанные волосы, попробовав их зачесать, но ничего не получилось и его волосы, как и обычно, торчали в разные стороны, создавая неопрятный вид.
Его новая комната была гораздо больше, чем та, в которой он жил в детстве. Кажется, эта была больше, чем весь его дом. В комнате стояла большая кровать с занавесками…
— Ох, эта мягкость, — говорил он, плюхаясь на неё.
