«Девчонок покажут?»
«Мы ждём, чувак, давай уже движ!»
Трансляция длилась уже почти два часа. Люди присоединялись и отключались, но общее количество всё равно росло. Мавна прокрутила комментарии, мельком отметив, что зрители активно общались между собой и строили теории, неизменно упоминая тему упырей и новостные каналы.
– Я ничего уже не понимаю, – вздохнула она себе под нос.
– Не всё нам нужно понимать, – с видом мудреца изрёк Калинник, затягивая концы бинта. – Иногда приходится плыть по течению и решать проблемы в моменте.
Он попробовал наступить на ногу, довольно кивнул и сунул стопу обратно в ботинок.
– Ты знаешь, где мои медикаменты?
Мавна махнула на ящички:
– Ничего необычного, у тебя всюду свалка из бинтов, перекиси и вонючих мазей.
– Ага. Ага… Ну, значит, всё прекрасно. Справишься.
Мавна непонимающе моргнула:
– Справлюсь с чем?..
– С тем, чтобы плыть по течению. Прости, Булочка.
Калинник резво, даже слишком резво для человека с одной раненой, а другой хромой ногой, метнулся к столу, накорябал какую-то записку и вместе с ней бросился к двери, выскочил в коридор и – вот уж скотство! – запер Мавну снаружи.
– Не переживай и пользуйся всем, чем нужно, даже холодильником! – напутственно прокричал он. – Я купил новую банку шпротов. Развлекайся.
– Ах ты гад! – Мавна забарабанила кулаками по закрытой двери. – Выпусти! Я не твоя заложница!
– Но можешь натворить бед, если я оставлю тебя на вольном выгуле. Прости ещё раз и не держи зла.
По коридору, удаляясь, застучали шаги.
Все чародеи – отбитые придурки, Мавна в этом убедилась. Ей показалось или он симулировал своё ранение, чтобы затащить её в кабинет? Она покусала губу. Но вроде бы потерял сознание у Сенницы вполне по-настоящему? Вот же хитрый жук.
Она села на пол, прислонившись спиной к закрытой двери. В новостной ленте прямо на глазах исчезло несколько постов о нападениях на улицах. Вместо них появились новости о городских ярмарках и ёлках – с фотографиями украшенной соннотопской площади, разумеется. Но Мавна некоторое время ещё упорно скроллила, надеясь выхватить хоть какие-то крупицы новостей.
Со стороны основного корпуса раздался грохот, похожий на взрыв, – даже стёкла в шкафчиках с лекарствами задрожали. Во дворе сработали сигнализации машин. Мавна замерла, прислушиваясь. Отголоски взрыва стихли, но вопросов меньше не стало.
Мавна снова вернулась к эфиру Лируша. Количество зрителей перевалило за миллион, чат разрывало от комментариев.
Но в картинке что-то поменялось. Мавна развернула видео на весь экран и прибавила яркость.
Сердце заколотилось быстрее. Пальцы похолодели, под одеждой пробежали неуютные мурашки.
Около болотного люка лежало шесть каких-то свёртков – довольно больших, хотя по видео трудно было оценить. Мавна поднесла телефон ближе к глазам. Чёрт, не может быть…
Она поджала под себя ноги и, приоткрыв рот, неотрывно следила за эфиром. Вскоре болото снова зашевелилось, взволновалось и выбросило на поверхность фигуру. Мужчина. Чёрная куртка, сверкающий автомат на плече, длинные ноги… Вот он тяжело перевалился на бок и встал на четвереньки, комкая какое-то мокрое одеяло.
Свет фонаря упал на его лицо, и Мавна до боли закусила согнутый палец. Темень, ну почему из всех живущих в городе людей именно он такой неугомонный?!
– Чтоб вас всех…
Мавна затаив дыхание наблюдала, как Смородник возится над какими-то старыми одеялами, следом появляется Варде – Покровители, целый! – и они говорят о чём-то вдвоём.
Камера дрогнула, появилось взволнованное лицо Лируша, освещённое фонарём. Он радостно вопил какие-то дежурные фразы, но Мавна уже не слушала. Звук его голоса воспринимался как шум, который отвлекал от главного.
Лекеш.
Покровители, не может быть, там же Лекеш!
Камера в руках Лируша приблизилась. На земле лежали шестеро детей – бледные, с закрытыми глазами, но всё-таки они не выглядели мёртвыми. На лицах подсыхали капли тёмной воды, одеяла тоже промокли, и Мавна чуть не крикнула в экран:
– Идиоты, перенесите их в тепло! Они же замёрзнут!
Руки едва держали телефон, её трясло. Лируш снова мотнул камерой, на секунду выделив среди остальных знакомое лицо: острый вздёрнутый нос, веснушки, светлые волосы с завитками на висках.
Она должна быть там. Со всеми ними. Но её закрыли в медицинском кабинете, как наказанную школьницу.
Мавна стиснула пальцами волосы у корней, потянула до боли. Из глаз брызнули горячие капли. Она бессильно ударила кулаком об пол. Потом ещё и ещё – пока на костяшках не выступила кровь. Она крикнула: бесцельно, просто в потолок.
Илар. Нужно позвонить Илару.
Закрыть стрим она не решилась, хотелось ловить все случайные мгновения, когда камера и лучи фонарей выхватывают из темноты лицо Лекеша. Хотелось снова и снова убеждаться в том, что это он. Неужели столько месяцев неведения сейчас подходят к концу? Неужели она вот-вот сбросит с себя эту душащую петлю вины?
Мавна вскочила на ноги и рванула к ноутбуку Калинника, быстро включила эфир Лируша, развернула на весь экран и трясущимися руками набрала номер Илара.
