Окрестности залило алой вспышкой. Мавна подпрыгнула на месте. Раздался выстрел, потом ещё. Заворчали заводящиеся моторы, и мотоциклы чародеев один за другим поехали прочь в сторону города. Мавна от возмущения застыла с открытым ртом.
– Вот твари…
– Они поехали за подмогой, – бодро сообщил Лируш в камеру, но, встретившись со взглядом Мавны, сник. – За подмогой же?..
Не дождавшись ответа, он достал откуда-то из-под куртки бутылку виски и сделал несколько долгих глотков.
Мавна припала к стеклу, стараясь ничего не упустить. Страшно, безумно страшно было наблюдать за неистовыми бросками четвероногих тварей, видеть вспышки огня и слышать выстрелы, смешанные со звериными воплями. Так и выглядел кошмар, мучивший её с весны, с того нападения: ночь, чудовища, их когти и крики, но ничего толком не разглядеть, и воображение само дорисовывало жуткие картины. А она тем временем – словно запертый за стеклом мотылёк: хрупкое тельце за хрупкой защитой.
«Покровители, пусть мы все останемся живы», – подумала она. Небо над домом Варде было слепо-чёрным и наверняка глухим к её мольбам.
Она до боли в глазах всматривалась в суету вокруг дома, пытаясь понять, что там происходит. Но слишком быстро мелькали вспышки и тени, слишком ярко горело и слишком дымно чадило, размывая картинку, словно испорченную видеоплёнку. Вот загорелся забор. Вот человеческая фигура прыгнула вперёд, в прыжке приземляясь уже на четыре лапы, – сердце у Мавны уходило в пятки каждый раз, когда среди мельтешащих силуэтов она различала упырей-чудовищ. Вот отчётливо стал виден Смородник: худой и бешеный, он припал на колено и выбросил руки вперёд, прокатывая по жухлой траве колёса огня. Вот он тут же схватился за винтовку и выстрелил несколько раз, на ходу разворачиваясь в другую сторону.
– А если наша трансляция сейчас прервётся, то это значит, что шальная пуля прилетела мне прямо в лоб, – вещал Лируш как ни в чём не бывало, то и дело прикладываясь к бутылке, которая опустела уже на треть.
– Или это значит, что ты привлёк полицию, они приехали и тебя повязали, – дополнила Мавна. – Кстати, тебя не заблокируют за распитие в эфире?
– Вишенка, не хочешь увеличить число зрителей, просто повернувшись своим изумительным богатством в сторону камеры? Я и тебе аккаунт заведу на «фанатах», будешь зарабатывать фотками. Выпить хочешь? Станешь добрее.
– Отвали.
Мавна едва сдерживалась, чтобы не отобрать у него телефон. Пусть через шутки, а всё-таки он и правда может привлечь внимание удельских властей. Это лучше, чем вечно ковыряться на форумах, как она делала последние месяцы.
Ей показалось, что кто-то вбежал по крыльцу и дверь в дом распахнулась. Сердце подскочило. Это может быть либо хорошо, либо очень плохо…
Огонь с забора перебрался по сухой траве к дому и начал облизывать деревянные ступени. Мавна застонала.
– Слушай, а в чародейском училище их учат только зажигать, а не тушить? – спросил Лируш. – В таком случае была бы выгодна коллаборация с пожарными. Приставлять к каждому такому психу в качестве напарника.
Упыри издавали жуткие звуки, похожие на отрывистый лай. Некоторые из них развернулись и бросились в сторону болот, прочь от загоревшегося дома. Мавна до боли скручивала и щипала свои пальцы, всматриваясь до слёз. Выберутся ли они? Ну же, давайте, мальчики, скорее…
Из дверей показались две фигуры. Мавна выдохнула. Варде опустился на четвереньки, и в свете огня очертилась заострённая морда. Мавне к горлу подкатила тошнота, и она схватилась за сумку. Вода, надо глотнуть воды и стараться не смотреть на него такого.
Снова выстрелы. Снова скрежещущие вопли.
Взрыв! Грохот. Визг. Гром выстрелов. Снова треск пламени. Крик. Щелчок огненного хлыста. Ещё несколько упырей выбирают отступить пока не поздно.
Мавна не могла понять, остались ли ещё в округе упыри и если да, то сколько их. Выстрелы стали реже, огненные потоки и шары тоже. Визги доносились теперь откуда-то подальше.
Со стороны дома к машине приближались две фигуры. Мавна сжала в сумочке пистолет, но с облегчением узнала в первой фигуре Смородника.
Смородник боком завалился в машину, закрыл глаза и откинулся головой на спинку кресла. По лицу стекала кровь, грудь вздымалась тяжело и часто.
– Покровители… – Мавна выдохнула и поспешила достать влажную салфетку. – Смо, ты меня слышишь?
Она промокнула кровь у рассечённой брови, вытерла подтёк на скуле. Дунула Смороднику в лицо, поправила его волосы – суетилась, пытаясь унять панически колотящееся сердце.
Покровители, сколько искры он истратил? Что происходит с чародеями, которые так безбашенно проливают свою жизненную силу? Понятно, как упыри восстанавливают свои силы, а чародеи?..
Кожа, очищенная от крови, была бледной до синевы, на впалых щеках подрагивала тень от длинных ресниц.
– Смонь, ответь мне, пожалуйста, – всхлипнула Мавна.
Задняя дверь распахнулась, и в салон забрался Варде: взъерошенный, помятый, грязный и дрожащий, но в человеческом облике.
– Эй, ты, а ну двигайся! – зашипела Мавна на Лируша. – Не видишь, ему плохо?!
