В кофейне было тихо, только несколько посетителей занимали пару столиков. Уже от двери Мавну окутали тёплые ароматы кофе, выпечки с корицей и пряностей. Эх, жаль всё-таки, что так мало людей к ним ходит. Илар буквально в лепёшку разбивается, все силы вкладывает в их кофейню, но… Наверное, слишком высока конкуренция сетевых кафе. Маленькое семейное дело будто бы оставалось невидимкой среди городских заведений, и Мавне было обидно видеть, как пустуют столики, несмотря на старания Илара.
Она поискала глазами брата и увидела, что он сидит за столиком в углу, поставив лампу и окружив себя бумагами и блокнотами. Щёку он подпёр кулаком и, несмотря на свои размеры, выглядел растерянным взъерошенным мальчишкой. В груди тепло ёкнуло, и Мавна наконец-то почувствовала себя в безопасности, даже несмотря на тяжёлую поступь Смородника позади себя.
– Илар! – позвала она и подняла руку, привлекая его внимание.
Оторвавшись от бумаг, Илар поднял взгляд и расплылся в улыбке.
– О, бул…
Мавна показала кулак, но лицо Илара уже переменилось, когда он увидел Смородника. Поднявшись с места, Илар подошёл ближе, расправляя на ходу плечи.
– Сестра, всё в порядке? – спросил он напряжённо.
Мавна переступила с ноги на ногу, поправляя сползающие рукава кардигана.
– Илар, это Смородник. Он хочет с тобой поговорить. Об упырях.
Лицо Илара вытянулось. Он настороженно разглядывал Смородника, а тот, прошагав к соседнему столу, тяжело рухнул на стул и вытянул длинные ноги.
– Если он за тобой увязался, просто скажи, и я его мигом выкину, – шепнул Илар, склоняясь к уху Мавны.
Она замотала головой.
– Нет-нет. Я сама подумала, что тебе может быть интересно. Он очень странный, но кто знает, может, неспроста упомянул упырей? Поговорите, и всё. Если что – вызову полицию.
Илар шумно выдохнул, взъерошивая светлые вихры. Мавна смотрела на него снизу вверх – за всю жизнь она уже устала удивляться, насколько же они с братом были непохожи. Она – низкая и не худая, с рыжевато-каштановыми волосами, карими глазами и веснушками. Илар – всего на год старше, но высоченный, под два метра, мускулистый, светловолосый, с серыми глазами и правильным красивым лицом, хоть на календарь снимай.
– Ладно. Поговорю. А тебе лучше это не слушать, сходи на кухню, отдохни.
Он заметил порванные джинсы и погладил Мавну по плечу.
– Ушиблась?
– Да нет. Нормально. – Мавна закусила губу, поглядывая на Смородника. Он стянул свою кожаную куртку, и стало видно, что все руки от плеч до пальцев покрыты вязью рисунков, сливающихся в сплошное неразборчивое пятно. – Ладно, не буду мешать. Уже ухожу.
Она хотела чмокнуть Илара в щёку, но вспомнила про свою обиду и, в последний раз обернувшись, чтобы убедиться, что парни не станут драться прямо в кофейне, шмыгнула за дверь, ведущую в кухню.
Мавна была рада, что Илар не позволил ей слушать разговор. От одного слова её бросало в дрожь –
Но кто-то ведь на неё тогда напал.
И вот уже несколько месяцев пустыри за домами по ночам разрывало от воя. Выли так, что кровь стыла в жилах, и Мавна даже летом плотно закрывала своё старое окошко, через которое всё равно проникали звуки. И если выглянуть из окна, то можно было увидеть, как на болотах бегают тени на четырёх лапах, похожие на голенастых собак с горбатыми спинами.
Однажды она столкнулась с подобной тварью нос к носу. И с тех пор засыпала только со снотворным, а онлайн-встречи с психологом стали частью повседневной жизни.
Мавна не любила вспоминать тот случай – произошедшее и так отпечаталось на обратной стороне век, засело на подкорке и скреблось в груди омерзительной тревогой, из-за которой порой трудно было дышать.
А потом в перелесках и на улицах, близких к болотам, стали находить мертвецов.
Нечасто, но всё же этого хватило, чтобы переполошить городок. Соцсети и местная газета буквально взорвались, самые умные стали записывать ролики про то, как защищаться в случае встречи с тварями. Люди в Сонных Топях и раньше пропадали, в особенности дети, но теперь стали появляться разорванные тела.
А Илар и другие парни просто решили, что на их плечах лежит ответственность за весь район и начали собираться вечерами, устраивая «охоту».
Мавна боялась спрашивать. Боялась слышать подробности и даже представлять себе, что там происходит. Ей хватало того, что Илар возвращался под утро – уставший и задумчивый, с буро-чёрными брызгами крови на одежде. Недавно купленная бита быстро стала бурой от неоттирающихся пятен, а кроссовки он менял чаще, чем когда-либо.
И никто из них не говорил о том, что по болотам просто бегают бродячие собаки. После первой же вылазки парням стало ясно, что это какие-то неведомые твари, не знающие ни страха, ни усталости. Местные мальчишки будто разом повзрослели и посерьёзнели, даже её вечно смешливый Илар.
