Холодная, ледяная Земля будущего. Климатическая катастрофа заставила людей забыть о делении на расы и народы, ведь перед ними теперь стояла куда более глобальная задача: выжить любой ценой.Юнона – отпетая мошенница с печальным прошлым, зарабатывающая на жизнь продажей оружия. Филипп – эгоистичный детектив, страстно желающий получить повышение. Агата – младшая сестра Юноны, болезненная девочка, носящая в себе особенный ген и даже не подозревающая об этом… Всё меняется, когда во время непринужденной прогулки Агату дерзко похищают, а Юнону обвиняют в её убийстве.Комментарий Редакции: Однажды система перестанет заигрывать с гуманизмом и изобретет способ самоликвидации. О том, как она будет гореть в испепеляющем пламени нечеловеческой мести, можно узнать, прочитав роман.
Художественное оформление: Редакция Eksmo Digital (RED)
В оформлении использованы иллюстрации:
© Galinka, city vector / iStock / Getty Images Plus / GettyImages.ru
Мы торчали в самом дальнем углу душного бара битый час. Несмотря на жестокий холод снаружи, внутри было жарко. Отовсюду несло перегаром и потом. Пьяные мужики за соседними столиками невпопад подпевали певичке из телика. Официантка сновала туда-сюда, подавая дурно пахнущую рыбу с пшеничной кашей. От этого запаха меня не на шутку воротило. Ещё и пиво, судя по вкусу, скисло недельку назад. Что тут скажешь, замечательное место. Но мне не привыкать. Это было уже третье дело за неделю.
Мой очередной клиент сыпал стандартными вопросами и с видом всезнающего человека оглядывал товар. На его лице отображалась борьба, которую я видела сотню раз. Он, вроде бы, приличный мужчина. А вынужден покупать самодельное оружие в подозрительном месте у чёрта на куличиках. Ещё и продавала его жуликоватого вида девица. Я мысленно усмехнулась, представляя себя со стороны. Угрюмая девчонка с чёрными синяками под глазами и такого же цвета волосами, подстриженными как попало тупыми ножницами. Впрочем, мне было совершенно наплевать на размышления этих болванов. Главное, чтобы оружие побыстрее купили и валили на все четыре стороны.
– Пистолет же совсем не надёжный. Стоит его положить в карман, так он мне ногу прострелит! – торопливо бормотал клиент, неуклюже утирая пот со лба.
Я заправила короткие волосы за уши и еле сдержалась, чтобы не начать нервно стучать пальцами по столу. Нужно оставаться спокойной до тех пор, пока дурак не заплатит. Мужчинка с опаской бросил на меня быстрый взгляд и добавил:
– Он выглядит, как игрушечный! – очередной судорожный вздох. – Повторите, пожалуйста. Сколько выстрелов я могу сделать?
Я закатила глаза и забрала из рук клиента белый пластмассовый пистолет. Покрутила его в руках и с наигранным энтузиазмом продекламировала заученную речь:
– Либерган рассчитан на одиннадцать выстрелов. Да, не слишком надёжный, зато безотказный, – я приподняла пистолет и сделала вид, что целюсь в стену.
В этот момент мимо столика вновь прошла официантка, но даже не обратила на нас внимание.
Мужчина вскинул ладони и пролепетал:
– Осторожно! Нас же чуть не заметили!
Я хохотнула и махнула рукой:
– Расслабьтесь. Это «Гуарана». Здесь всем плевать, потому что частенько творятся дела и похуже. Так вот о либергане… Если возьмёте разрывные пули, у вашего обидчика не будет шансов. Пластик надёжный, не стоит беспокоиться. На этого парня, – я влюбленно посмотрела на оружие и благоговейно понизила тон, – можно положиться.
Хотя клиент и походил скорее на заводчика кошек, чем на убийцу, он неуверенно кивнул и потянулся за бумажником.
Кто-то в дальнем конце бара громко загоготал.
– За глобализм! Объединение! За годовщину революции! – басовито выкрикнул мужчина за барной стойкой.
– За революцию-ю-ю! – ответил ему целый гул голосов.
Затем они громко чокнулись, дружно выпили и синхронно отрыгнули. Мой клиент поморщился и нервно поправил очки.
– Ладно, беру. Выбора другого нет.
– Задолжали кому-то? – попыталась изобразить понимание я.
Но мужчина лишь подозрительно на меня глянул, бросил на стол гроши и тихо сказал:
– Здесь за пистолет и пять разрывных патронов.
– Хороший выбор! – оценила я и достала из внутреннего кармана упаковку патронов.
Мужчина лихорадочно оглянулся по сторонам, спешно засунул приобретение в небольшой рюкзак и, немного заикаясь, сказал:
– Счастливо оставаться. Надеюсь, больше не увидимся!
А затем пулей вылетел из бара. Я пересчитала деньги, выругалась и крикнула вдогонку:
– Эй, а за пиво заплатить!
Но, естественно, клиента уже и след простыл. Я выдохнула, отодвинула подальше бокал с вонючим пивом и показала средний палец в сторону двери.
– Осёл…
– За глобализм! За единение! – наперебой кричали пьяницы.
Я недовольно скривилась. Это стало последней каплей, и мне остро захотелось поскорее убраться из мерзкой забегаловки. Я бросила на липкий стол несколько мятых купюр, наспех надела куртку и шапку, схватила перчатки и пулей направилась на свежий воздух.
– Уже уходишь, Юнона? – крикнул на прощание бородатый бармен.
– Да, Барри. Прости, но «Гуарана» – не то место, где я хочу провести вечер.
Мужчина хохотнул и почесал бороду.
– Может, всё же пропустишь стопку-другую?
– Ну, уж нет, – отрезала, поправляя шапку. – Увидимся.
Пока я торчала в баре с клиентом, на улице стемнело. Мокрый снег настойчиво налипал на брови и ресницы. Чертыхнувшись, закрыла ладонью глаза и достала древний смартфон. Он разблокировался с третьего раза. Проклиная глючный гаджет, быстро набрала сообщение:
«Дело сделано. Продала».
Через секунду с громким писком прилетел ответ:
«Ок, выезжаю».
Изо рта валил пар. Порывы ветра норовили сбить меня с ног. Я поёжилась, натянула шапку сильнее и нащупала в кармане пачку сигарет.
– Чёрт… Две штуки осталось.
