С другой стороны, а за кого тут выходить замуж? Парней моего возраста или постарше нет и не предвидится, а Валерка, Серега и Гуг слишком уж молоды для такой девушки как я. Особенно Гуг – иметь его в любовниках я бы еще согласилась, а вот жить с ним уже нет. Так быть может, Сергей Петрович – это и в самом деле не самый худший вариант; по крайней мере, с его женами я уже подружилась и надеюсь, что семейная жизнь не будет для меня слишком тяжкой.
Я пообещала подумать и спросила, что неужели для таких вещей не требуется согласия самого мужчины, или оно совсем необязательно, если женщины сами договорились между собой.
– Да что ты, Ольга, – всплеснула руками Ляля, – сначала мы, девушки, договариваемся между собой, а только потом ставим в известность нашего дорогого мужа. Шучу, шучу. Прежде чем сделать какой-либо даме такое предложение, как тебе, мы присматриваемся к потенциальной кандидатке и к тому, как на нее смотрит наш дорогой муж. Если впечатление во всех смыслах положительное и у него, и у нас, то мы приступаем к переговорам с кандидаткой, и уже в случае ее согласия ставим в известность мужа, что наша семья снова готова расшириться, а если нет, то на нет и суда нет.
– Слушай, Ляль, – спросила я, – а зачем вся эта морока? Неужто Сергей Петрович такой ненасытный половой маньяк, что ему мало семерых жен, и понадобилась восьмая?
– Да нет, конечно, – махнула рукой Ляля, – какая уж там ненасытность. Просто с самого начала мы решили, что у нас не будет свободных художниц, перепрыгивающих из постели в постель, и что все девушки обязательно должны быть замужем. А поскольку сразу предполагалось, что после встречи с аборигенками женское население будет превалировать над мужским, то и нам, первым женам, придется смириться с многоженством в наших семьях. На самом деле все это очень неплохо получается, когда жены оказываются добрыми подружками, а муж ко всем ним относится с одинаковой теплотой и любовью.
Тогда в ответ на то заявление Ляли я только покачала головой и не сказала ни да, ни нет. Правда, некоторое время спустя начала присматриваться к семьям Основателей и сделала вывод, что если я не хочу остаться старой девой или второпях пойти замуж за какого-нибудь аборигена, то мне стоит принять это Лялино предложение, потому что с Лизой отношения у меня как-то не сложились, а при всем богатстве выбора других альтернатив для себя в племени Огня я не вижу, о чем я уже говорила.
Не стоит мне забывать и про новообретенных Волчиц. Когда Сергей Петрович начнет снимать с них карантинное табу, то от невест в племени Огня будет просто не протолкнуться. Думаю, что и Роланд с Патрицией недолго останутся парной семьей; подрастающие Лани, полуафриканки и даже юные Волчицы уже активно обхаживают мадам Патрицию на предмет подружиться и присоединиться. А Роланд, как всякий мужчина, готов к этому в любой момент.
Все это я передумала, пока ноги несли меня на берег Гаронны встречать корабль с моим будущим мужем и его полуафриканской половиной семьи. С первого же взгляда было видно, что «Отважный» сидит в воде очень глубоко. Он или гружен чем-то под самую палубу, или нахлебался воды во время шторма. Хотя последнее вряд ли – тогда были бы видны мечущиеся по палубе девки, выплескивающие воду из трюма, а ничего такого не наблюдается и в помине. Петрович, как и положено капитану, стоит за штурвалом, а вся остальная честная компания толпится на носу корабля и дружно машет встречающим, то есть нам.
По счастью, осенние дожди настолько наполнили Ближнюю водой, что Сергей Петрович на моторе сумел поднять его сразу до верхнего берегового лагеря и ткнуть носом в берег там же, откуда он и отплыл неделю назад. При этом нам всем пришлось бежать обратно вдоль берега, перекрикиваясь с прибывшими и узнавая, как прошло путешествие. Уж слишком велико было наше нетерпеливое любопытство. Как выяснилось, все у них прошло благополучно. Сергей Петрович не только нашел то место, где местные добывали каменную соль, но при помощи взятого с собой инструмента сумел укрепить шахту и наломать ее в таком количестве, что для того, чтобы взять с собой все добытое, пришлось выкидывать каменный балласт.
И еще одной новостью, которая сперва повергла меня в шок, а потом в неудержимый смех, было то, что наш шаман опять не удержался и подобрал брошенных котят, в роли которых на этот раз выступили остатки вымирающего неандертальского клана – несколько коренастых, мускулистых баб с ребятишками разного возраста. Я ничуть не сомневалась, что и этих женщин, пусть даже они и не совсем люди, наш женсовет отдаст замуж, потому что было в них нечто такое животно-магнетическое, из-за чего мужчины смотрели на неандерталок, как смотрят на самок капающие слюной самцы оленя в брачный сезон. Интересно, что по этому поводу скажет, или хотя бы подумает мадмуазель Люси, или, как ее называют здесь, просто Люська?
Тогда же и там же.
Люси д`Аркур – бывший педагог и пока еще убежденная радикальная феминистка
