Скрепя сердце мне приходилось мириться с немыслимыми тратами мужа: ведь это не мои заработанные деньги и он волен поступать, как считает нужным. А Одвард умел потешить себя, свое самолюбие – в каком-то неистовом, безудержном, бешенном упоении он покупал ненужное и… совсем ненужное, с моей точки зрения. Зачем именно автоматический степлер на фотоэлементе? Зачем новые наушники, когда отлично работают старые? Зачем новые компьютер, телевизор, мобильник именно сейчас, когда можно еще пользоваться прежними? Я не находила достойного ответа и убеждала себя, что муж все делает во благо семьи.
И закрутилось-завертелось наше брачное агентство. Объявления, переговоры, разговоры, письма, анкеты, фото, факсы, билеты, визы, знакомства… Кошмар не прекращался даже ночью. Пьяные и трезвые, психически больные и не очень, кандидаты в женихи требовали гарантий приезда невесты, а также гарантий вечной любви, верности и секса. Одвард говорил по телефону круглосуточно: в душе, за обедом, в туалете, лежа, сидя, стоя. Он испытывал явное воодушевление и удовольствие от своей востребованности. А я час за часом каждой потенциальной невесте рассказывала о Норвегии, о процедуре оформления документов, о лояльности и демократичности норвежских мужчин, объясняла, что согласие на приезд не обязывает к браку или постельным отношениям, чем вероятнее всего, удивляла или огорчала всех клиенток.
В итоге, приехало пять женщин. Три из них довольно удачно вышли замуж за состоятельных нормальных мужчин, одну забраковали по причине почти полного отсутствия здоровых зубов, а другая сама забраковала жениха, который не хотел иметь в браке общих детей. В общем-то, все были довольны – если уж замуж не получилось с первого раза, то хоть в Норвегии побывали на халяву. Мужчины тоже особо не расстраивались, окрыленные новым знакомством и надеждой на счастье и любовь.
Чужие удачные браки вдохновили меня на благоустройство жизни моей родной сестры. Еще в мой первый приезд в Норвегию Одвард познакомил меня с одним своим старым другом – БрендЭросом. Это был красивый высокий брюнет испанской наружности и умными глазами. Он сразу проявил инициативу, чтобы я познакомила его с молодой симпатичной дамой. Конечно, я сразу подумала о своей сестре. БрендЭрос, без особого напряга, согласился и попросил передать сестре его фотографии и четыре тысячи крон на мелкие расходы. Сестра, увидев фото красавчика, спортсмена и миллионера, сомлела на месте. Но окончательно она потеряла способность соображать и говорить, когда я торжественно вручила предназначенные ей деньги.
И вот теперь я ждала ее в аэропорту, заранее предвкушая радость от встречи. Как же я счастлива, что сестре достанется нормальный муж, а ее ребенку – отличный отец.
Мы встретились, обнялись, а потом сели в просторный «Шевроле», отдолженный у БрендЭроса, и понеслись сквозь ночь и холод, обсуждая события последних шести месяцев. По дороге мы заехали в ресторан, и я с удовольствием наблюдала, как сестра слегка столбенела от шоковой терапии: чистота, красота, уют, все навиду, все посетители трезвые, а детям все можно и никто на них не сердится и не кричит. Моя сестра была настоящей гурманкой и по достоинству оценила вкус норвежской еды: было съедено все мясо и гарнир, за исключением, болгарского перца и салата.
Домой мы приехали далеко за полночь и чуть не врезались в машину БрендЭроса, который, как преданный рыцарь, ждал даму своего сердца. Сестра засветилась от счастья и сразу же согласилась ехать с чужим дядей к нему домой. Куй железо, пока не остыло…
Но, что-то пошло не так, как надо. Может, сестра поторопилась с брачной оргией, может ребенок утомил БрендЭроса своей гиперактивностью, может он рассмотрел сутулость, сильную близорукость и отвратительный прикус зубов моей сестры, но долгожданного предложения руки и сердца не прозвучало и мы вынуждены были забрать сестру с ребенком к себе домой.
После совершенно нескончаемой дискуссии мы пришли к выводу, что БрендЭрос просто не готов принять чужого ребенка, который все время кричит, капризничает, требует постоянного внимания и в любой момент может разбить дорогую аппаратуру. А БрендЭросу, естественно, после длинного трудового дня хочется тишины, домашнего уюта и женской ласки. Все ясно и логично, и ничьей тут вины нет.
Но, конечно, сестренка сильно переживала неудачу – полгода целовала на ночь фотку БрендЭроса, грезила о любви, прошла все круги ада в норвежском консульстве и, когда мечта почти сбылась… такой бесславный не happy end. Обидно, конечно, но не смертельно. Как пел великий Юрий Антонов «Мечта сбывается, и не сбывается, любовь приходит к нам порой не так…». Погоревав два дня на руинах своей любви, обильно заедая ее кончину сосисками и котлетами, втайне еще надеясь, что БрендЭрос скоро одумается и вернется, сестра стала настаивать на продолжении знакомств с норвежскими мужчинами до победного конца и брачного венца.
