– Может, и вправду, отменим свадьбу? Пусть Василинка в девках ещё погуляет, – как-то перед сном сказал Прохор Шуре.
Та резко повернулась к нему и нахмурила брови.
– Ты что, головой об косяк ударился, Проша? Сколько можно в девках гулять? Да и что про нас с тобой люди скажут? – голос её прозвучал недовольно.
– Поболтают и перестанут, нам ли с тобой не знать, – попытался перевести всё в шутку Прохор.
– Нет уж! Ты когда-то меня посмешищем сделал, вся деревня мне кости перемывала. Дочь свою на смех поднять я тебе не дам. Выйдет замуж, как положено. Коля – хороший парень, и родня у него хорошая. Нашей Василине очень повезло с женихом.
Прохор промолчал, отвернулся к стене. Ему стало горько. Он вдруг остро ощутил, что он и сам никогда Шуру не любил по-настоящему. А сейчас, когда она располнела и обрюзгла, перестала следить за собой, она и вовсе стала ему противна. Ему даже не хотелось ложиться с ней в одну постель, потому что от неё всегда пахло чем-то неприятным: то луком, то потом, то прокисшим молоком.
Иногда Прохору снились сны, в которых он видел себя молодым, и всегда в этих снах к нему приходила Василина, его утонувшая невеста, чувства к которой он давно похоронил в самых дальних уголках души. После этих снов Прохор просыпался весь в поту, и толстая неопрятная жена, лежавшая рядом и громко храпевшая, казалась ему просто омерзительной.
Но Прохор привык подавлять свои истинные чувства, с возрастом это умение оттачивается. Только в молодости душа нараспашку и невозможно держать чувства в себе, зрелость запирает душу и держит всё внутри под семью замками. И Василина научится со временем душу свою запирать на замок. Так думал Прохор.
– Сходи на вечёрку, дочь! – ласково сказал Прохор и погладил Василину по голове. – Поплясать даже для здоровья полезно. Вон сосед Акимка – седина в бороде, а ни одной вечёрки не пропускает, всё пляшет. И здоров, как бык.
– Не хочу, – грустно улыбнувшись, ответила Василина.
Она подошла к столу и собрала грязную посуду.
– Раз отец отпускает, сходила бы, – внезапно поддержала Прохора Шура, – станешь женой, не до веселья будет. Работы навалится невпроворот. Потом не успеешь оглянуться – дети пойдут.
Василина ничего не ответила. Она принялась мыть посуду, яростно натирая каждую чашку. А когда закончила, пошла в свою комнату, с минуту подумала и надела цветастое платье, в котором была на помолвке. Потом она быстро переплела косу и, сказавшись отцу, что вернётся с вечёрки через час, вышла из дома.
На поляне было шумно и весело. Гармони играли, парни и девки весело плясали в общем кругу. Василина, переборов своё смущение, подсела поближе к гармонисту, молодому светловолосому парню Илье. Тот, увидев её, покраснел, улыбнулся и вскоре заиграл медленную, грустную мелодию. Это была любимая песня Василины, и Илья знал об этом.
Вокруг молодого гармониста сразу собрались девушки, кто-то пел, кто-то вытирал слёзы от переполняющих чувств. Василину тоже растрогала мелодия. Она с трепетом смотрела на Илью, который, закрыв глаза, старательно растягивал меха гармони, а его длинные пальцы плавно скользили по блестящим кнопкам.
Они не были знакомы с Ильёй, только переглядывались каждый раз при встрече, смущаясь и краснея от волнения. Наверное, Илья мог бы стать первой любовью Василины, если бы… Если бы не её скорая свадьба с Николаем, которого выбрали ей в мужья родители.
Василину вдруг кто-то тронул за плечо, прерывая её девичьи мечты. Она вздрогнула, обернулась. Возле неё стоял Николай. Он внимательно смотрел на Василину, а потом медленно перевёл взгляд на Илью.
– Ты не говорила мне, что пойдёшь на вечёрку, – строго сказал парень.
– Я и не собиралась, но отец уговорил сходить, – нехотя ответила Василина.
– Прежде чем идти, надо было спросить разрешения у меня.
– Я же ещё не жена тебе, – огрызнулась Василина.
Взгляд Николая стал злым, но он сразу же попытался скрыть свои истинные чувства под маской заботы. Василина отвернулась, в надежде, что Николай отойдёт от неё, но не тут-то было. Парень подсел ближе и прошептал на ухо:
– Пойдём отойдём ненадолго, мне с тобой переговорить надо. Это насчёт свадьбы.
Василине не хотелось говорить с ним, но она знала, что так просто он не отстанет. Она встала с бревна и пошла за Николаем. Они дошли до берёзовой рощицы и остановились. Николай обернулся, обнял Василину. Она попыталась высвободиться, но объятия парня были крепкими.
– О чём ты хотел поговорить? – спросила она.
– Так, ни о чём, – ответил Николай и дерзко улыбнулся.
– Так ты обманул меня? – возмутилась Василина.
– Я хотел побыть с тобой вдвоём, у нас никогда не получается уединиться, ты вечно занята. Свадьба почти на носу, а мы с тобой совсем друг друга не знаем.
Николай пристально посмотрел на Василину, а потом прижался горячими губами к её шее. От него пахло чесноком, у Василины к горлу подступил комок.
– Знаешь, многие женихи и невесты тайно делают это ещё до свадьбы… – пропыхтел Николай, уткнувшись Василине в шею. – Так вот, я тоже не могу больше терпеть.
