— Дарем в курсе, что вы бежали вместе? — мрачно осведомился Элазар.
— Нет. В этом я уверен.
— Скольких он послал за вами?
— Я смог засечь только троих, — пояснил Эверет.
— Даже это — слишком много, Хью. — Ректор потер переносицу, на мгновение закрывая глаза.
— По поводу мальчишки Ирса… — Маг прошелся вдоль пустой комнаты, разгоняя дрожащие сферы. — Я выведу его. Поверь, я умею быть убедительным, когда нужно.
— Нет, — сухо ответил ректор.
— Нет?! — возмутился Хьюго. — Я не позволю отправить тебя на плаху, Элазар! Будь уверен, что Айла постаралась во дворце. Немного не к месту сейчас вспоминать об этом, но я едва выжил после душещипательной беседы!
— Она негодовала? — хмыкнул Саргон.
— Кайла Макдара молила отменить публичную казнь, но Айла настояла на этом. Леди Броган разыграла такую драму! Она стояла перед королем на коленях, заломив руки и умоляя совершить это правосудие публично. Ведь народ должен знать, что ожидает того, кто покусился на ее дитя. — Хьюго театрально развел руки в стороны. — Род Броганов не забывает предательства. Маг, предавший их, уже получил свое наказание. И хоронить нечего было. Горсть пепла.
Саргон только покачал белой головой и прислонился спиной к стене. Холод, исходивший от нее, пробирал до самого сердца. Но сейчас это было к лучшему, нужно было остыть.
— Ты получил свою награду у Нолана Тайернака?
— О! — Эверет с отвращением сплюнул. — Князь едва не расцеловал меня… Тайернак жаждет прижать к груди свое бесценное дитя. Он просто-таки гордится своим чадом, сумевшим облапошить саму Айлу Броган и провернуть подобную авантюру за ее спиной. Отец уверен, что все это было тщательно спланировано, и дочь намеренно отправилась в Арфен, желая захомутать Рейна Брогана. Теперь Келейр — в любимицах снежного лиса!
Саргон нахмурился, что-то обдумывая, затем как бы мимоходом поинтересовался:
— Что с женихом Келейр, симмерским князем Ворлаком?
— Что этот щенок может поделать с драконьим родом, Элазар? Конечно, он брызжет слюной от бешенства и унижения, но бессилен что-либо изменить. Если ума хватит, то не полезет с требованиями. Причем бессмысленными требованиями. Но вернемся к нашей главной проблеме. Я вижу, ты о чем-то задумался.
— Я потребую от Рейна такой жертвы, что буду должен ему до конца жизни. Все мы будем должны ему.
— О чем ты? — нахмурился Эверет.
— У нас есть один способ спасти принца. Мы не можем укрывать его или позволить сбежать.
— И-и-и? Какой выход? — Маг подошел к товарищу ближе.
— Ирс Эллгар должен умереть.
— Подъем, Броган! Дело есть… — Чьи-то руки бесцеремонно схватили его за рубашку и стащили с кровати.
Едва просыпаясь, Рейн махнул кулаком, и в ответ услышал ругательства. Кто-то хорошенько встряхнул дракона, тот разлепил глаза и сердито зарычал:
— Какого ярна?! Еще ночь!
Его взгляд остановился на мужчине, потиравшем плечо. Видимо, удар пришелся по нему.
— Мастер Эверет? Почему вы здесь? — Рейн одернул рубашку, прогоняя сон.
— Сегодня у тебя будет хорошая возможность, Броган.
— Какая? — недоверчиво сощурился дракон.
— Осуществить свою давнюю мечту…
Едва Броган успел надеть ботинки, как его потянули к выходу. Мастер быстро и бесшумно вел ученика по коридорам, и Рейн понял, что они спускаются вниз, где один из ходов вел к разрушенной башне «Не бойся». Сначала дракон решил, что именно туда маг и тащит его для какого-то странного важного разговора, и все пытался припомнить, что такого натворил за последнее время.
Ему до колик в спине не терпелось расспросить Эверета о результате поездки, но по мрачному виду мага он понимал, что сейчас лучше молчать. И о чем мастер говорил? Какая, к ярну, мечта? Через час солнце встанет. Дождь почти стих, сегодня им вновь придется работать в деревне. Хорошо бы запереть лису в ее комнате и не выпускать из академии. Ей нужен отдых.
Они свернули в незнакомое крыло замка, где Рейн никогда не был. В воздухе ощущался запах множества трав, отчего хотелось чихать. Травяной аромат смешивался с дымом.
— Куда?..
Хьюго не дал ему договорить, толкнул старую дверь и так же бесцеремонно затащил ученика внутрь теплого помещения. Броган споткнулся, едва успев опереться о край большого стола, и тихо выругался. Затем поднял взгляд, вновь пробормотал проклятия от неожиданности и склонил черную голову.
— Прошу прощения, ваше величество! — хрипло пробормотал Рейн, зажмуриваясь и продолжая мысленно ругать себя.
Какого ярна в этой берлоге делает сама королева?!
— Я понимаю твои эмоции, — проговорила Шейна. — Подойди ко мне.
Дракон выпрямился, кое-как пригладил волосы, заправил край мятой рубашки за пояс штанов и осторожно приблизился к ее величеству.
Шейна Эллгар была красива. Ее золотые волосы спускались до самой талии и так чудесно вились. А глаза цвета дикого меда могли свести с ума любого. Он видел ее, когда был с дядей Феланом в Ксабире. Королева производила впечатление… Боги! Никто никогда не узнает, что она была его первой любовью… О да! Ему было девять. Это была страсть… на этой почве и началась их вражда с Ирсом.
