| She herself seemed to feel out of place, and looked at the offended ladies with a fiercely contemptuous scowl. | Эта женщина сама явно чувствовала себя здесь не в своей тарелке и поглядывала на оскорбленных ее присутствием дам с презрительно-злой гримасой. |
| Catching sight of the Gadfly as he crossed the room with Gemma, she sprang up and came towards him, with a voluble flood of painfully incorrect French. | Увидев Овода, она вскочила с дивана, подошла к нему и быстро заговорила на ломаном французском языке: |
| "M. Rivarez, I have been looking for you everywhere! | - Мосье Риварес, я вас всюду искала! |
| Count Saltykov wants to know whether you can go to his villa to-morrow night. | Граф Салтыков спрашивает, приедете ли вы к нему завтра вечером на виллу? |
| There will be dancing." | Будут танцы. |
| "I am sorry I can't go; but then I couldn't dance if I did. | - Очень сожалею, но вынужден отказаться. |
| Signora Bolla, allow me to introduce to you Mme. Zita Reni." | К тому же танцевать я не могу... Синьора Болла, разрешите мне представить вам мадам Зиту Рени. |
| The gipsy glanced round at Gemma with a half defiant air and bowed stiffly. | Цыганка бросила на Джемму почти вызывающий взгляд и сухо поклонилась. |
| She was certainly handsome enough, as Martini had said, with a vivid, animal, unintelligent beauty; and the perfect harmony and freedom of her movements were delightful to see; but her forehead was low and narrow, and the line of her delicate nostrils was unsympathetic, almost cruel. | Мартини сказал правду: она была, несомненно, красива, но в этой красоте чувствовалось что-то грубое, неодухотворенное. Ее свободные, грациозные движения радовали глаз, а лоб был низкий, очертания тонких ноздрей неприятные, чуть ли не хищные. |
| The sense of oppression which Gemma had felt in the Gadfly's society was intensified by the gypsy's presence; and when, a moment later, the host came up to beg Signora Bolla to help him entertain some tourists in the other room, she consented with an odd feeling of relief. | Присутствие цыганки только усилило неловкость, которую Джемма ощущала наедине с Оводом, и она почувствовала какое-то странное облегчение, когда спустя минуту к ней подошел хозяин и попросил ее занять туристов в соседней комнате. |
| * * * |
| "Well, Madonna, and what do you think of the Gadfly?" Martini asked as they drove back to Florence late at night. | - Ну, что вы скажете об Оводе, мадонна? -спросил Мартини Джемму, когда они поздней ночью возвращались во Флоренцию. - Вот наглец! |
| "Did you ever see anything quite so shameless as the way he fooled that poor little Grassini woman?" | Как он посмел так одурачить бедную синьору Грассини! |
| "About the ballet-girl, you mean?" | - Вы о танцовщице? |
| "Yes, he persuaded her the girl was going to be the lion of the season. | - Ну разумеется! Ведь он сказал, что эта танцовщица будет звездой сезона. |
| Signora Grassini would do anything for a celebrity." | А синьора Грассини готова на все ради знаменитостей! |
| "I thought it an unfair and unkind thing to do; it put the Grassinis into a false position; and it was nothing less than cruel to the girl herself. | - Да, такой поступок не делает ему чести. Он поставил хозяев в неловкое положение и, кроме того, не пощадил и эту женщину. |
| I am sure she felt ill at ease." | Я уверена, что она чувствовала себя ужасно. |
