— Я… я лишь сказала, что Ваш статус не позволит Вам…
— И Вы настолько убеждены в Вашей странной теории, — продолжил Плоидис, делая еще шаг к ней и неожиданно оказываясь совсем близко, — что даже не можете заметить, насколько сильно я в действительности в Вас влюблен.
— Плоидис!.. — Иллиандра осеклась, поняв, что назвала короля по имени, и испуганно сделала шаг назад, но он вмиг настиг ее и сжал в своих объятьях. Его имя, сорвавшееся с ее губ, звенело у него в ушах.
— Не бойся, Илли. Ну, чего ты боишься?..
— Не нужно, Ваше Величество, прошу Вас, — она испуганно смотрела на него, упираясь ладонями в его плечи. — Не нужно… как же Диадра? Она ведь тоже влюблена в Вас…
— Она влюблена в образ, а не в меня, — возразил Плоидис. — И поверь мне, она не единственная. Но только ты знаешь меня настоящего, потому что я позволил тебе увидеть себя таким, я хотел, чтобы ты увидела.
— Но почему я?.. — тихо спросила Иллиандра.
Плоидис мягко улыбнулся.
— Я ведь уже сказал. Потому что я люблю тебя, Илли.
Иллиандра застыла, глядя в его бархатные глаза, так, словно только что наконец осознала смысл его слов. Не может быть — он любит ее… Плоидис внезапно притянул ее к себе и осторожно коснулся губами ее губ — и мир вокруг Иллиандры в один миг закружился от его прикосновений.
О Боги!.. Он, все это время казавшийся ей почти божественно недоступным, сейчас вдруг оказался так близко — и теперь этот непривычный, терпкий вкус его нежных губ сводил ее с ума… И неужели всего несколько месяцев назад она могла подумать о нем, будто он мог играть с Диадрой…
— …Нет, — сказала Иллиандра, резко отстраняясь. — Ваше Величество, я не могу… я не стану предавать ее.
Плоидис с трудом подавил стон.
— Разве это предательство — быть с тем, кого любишь?..
— Это предательство, быть с тем, кого любит подруга, — сказала Иллиандра. — Я ведь… я сама убеждала ее в Вашем интересе к ней… я пыталась лишь избежать ее ревности, скрыть от нее свои чувства… но теперь получается, что я обманывала ее, чтобы вместо нее быть с Вами. Это предательство, или Вы все еще можете назвать это по-другому?
— Илли, — мягко прошептал Плоидис, глядя ей в глаза. — Просто подумай… пошла бы Диадра на такие жертвы ради тебя?
— Какая разница? Важно, что я не могу сделать этого с ней.
Плоидис вздохнул и внезапно отпустил ее.
— Что ж, это твой выбор, Илли, — сказал он. — Я не буду настаивать долее.
— Простите меня, — прошептала Иллиандра, испуганно взглядывая в его глаза, но Плоидис качнул головой.
— Не за что просить прощения, Илли. Что бы ни случилось, я всегда буду тебе другом. Помни об этом.
Он повернулся и вышел, закрыв за собой дверь.
Иллиандра, не шевелясь, смотрела ему вслед.
Она оттолкнула его.
О Боги, она его оттолкнула…
Иллиандра вдруг едва слышно всхлипнула и, опустившись на софу, спрятала лицо в шелковых подушках, больше не в силах сдерживать сдавленные рыдания.
Плоидис удрученно сидел за столом в своем кабинете, уже даже не пытаясь вчитываться в бумаги. Прошло время обеда, но он не выходил, не в силах оторвать своих мыслей от Иллиандры.
Что им было делать теперь? Как было вернуть те искренние, теплые отношения, которые связали их за эти месяцы и которыми они оба так дорожили?.. Плоидис не мог представить, что назавтра Илли, как ни в чем ни бывало, сможет войти в его кабинет, и привычно улыбнуться, и так же увлеченно спорить с ним о бумагах. Их признания, их поцелуй перевернули все в одно мгновение — и могли сделать их такими счастливыми, если бы только Илли не нашла в себе сил отказать ему…
Раздался стук в дверь, и вошедший паж протянул королю записку.
— От кого? — коротко спросил Плоидис.
— От виконтессы Вернотт.
Плоидис кивнул.
— Благодарю.
Паж скрылся за дверьми, и Плоидис, быстро развернув бумажку, взволнованно пробежался глазами по ровным строчкам.
«Ваше Величество,
Прошу, простите меня за то, что я сделаю, но у меня нет иного выхода. Без сомнения, Вы — лучший человек, которого я встречала в своей жизни; но мое сердце не позволит мне предать Диадру, а быть здесь и не быть с Вами — боюсь, это выше моих сил.
Я должна покинуть Вас, и я сделаю это, с сожалением и болью. Впрочем, на все воля Богов. Их пути неисповедимы — видимо, все это к лучшему.
с уважением и любовью,
Илли».
Лишь дочитав записку, Плоидис сжал ее и бросился к дверям. Он стремительно преодолел коридор и, распахнув двери, оглянулся.
— Куда она направилась?..
— Вниз, к выходу, — паж указал в сторону лестницы, и Плоидис тут же устремился к ступеням, но мальчик добавил: — Это было почти час назад.
Король остановился, оборачиваясь, и паж, встретив его взгляд, опасливо втянул голову в плечи.
— Она просила передать Вам записку ровно в три, Ваше Величество.
Плоидис усмехнулся и покачал головой.
— Илли… — едва слышно прошептал он.
«О Боги, зачем…»
Заслышав шаги на ступенях, Плоидис обернулся с внезапной надеждой — но тут же разочарованно сощурился.
Это была Диадра.
— Ваше Величество… — она со слезами на глазах протянула ему письмо.
Он сокрушенно кивнул.
— Я знаю.
