И снова кошмары. Дорога. Авария. Боль. Картинки, словно зажёванная киноплёнка, стабильно прокручивались каждую ночь, снова и снова погружая девушку в агонию. Она вскакивала, вздрагивала, иногда ощущала горячие слёзы на щеках, а иногда зажимала живот. Ей казалось, будто бы эта мука никогда не прекратится, но с наступлением рассвета она ощущала, как пытка заканчивается. Ранние лучи солнца наполняли колодец, и вокруг было достаточно свежо. Ника потянулась и сделала лёгкую зарядку, чтобы окончательно прогнать остатки сна и погрузиться в работу. Сегодня она чувствовала себя лучше, и пессимизм вечера наполнился утренней уверенностью. Она вспомнила слова из детской сказки: Утро вечера мудрее. Так и есть. С утра она была уверена, что сегодня обретёт свободу.
Собрав всю свою волю, она предприняла новые попытки, которые снова провалились. Но она не отчаивалась, пытаясь забросить верёвку всё дальше и дальше, и вскоре её упорство было вознаграждено.
Почувствовав, что железный предмет закреплён достаточно плотно, она сжала в руках веревку и упёрлась ногами в стену колодца, начиная медленное и очень неприятное восхождение вверх. Она с радостью подумала о том, что не зря в своё время она посещала уроки физкультуры, где их учитель заставлял её забираться на канат. Сейчас эти умения, которые прежде ей казались бесполезными, пришлись как раз кстати. Взбираясь на вершину, она старалась не смотреть вниз, ощущая сильное напряжение в ногах. Она практически достигла конца, когда внизу послышался крик мучителя.
– Вернись! – требовал он, дёргая за верёвку. Но Ника уже схватилась за каменный верх колодца и перебралась на твёрдую землю. Долго не думая, она сняла железный предмет и сбросила его вниз, а сама бросилась бежать.
Колодец располагался в лесу, и она с трудом могла ориентироваться. Он был заброшен, вокруг не было троп, свидетельствующих о том, что тут кто-то ходил. Она не знала, куда ей двигаться, но и оставаться на месте она больше не могла. Угроза погони нависала над ней, а свобода, доставшаяся ей таким сложным трудом, имела для неё огромное значение.
Она побежала вперёд, и ей казалось, что она избрала самый верный путь. Вскоре она увидела дома и поняла, что оказалась неподалёку от костёла. Перебравшись через забор, она вышла на центральную улицу и смогла отдышаться, чувствуя гордость за себя, за то, что смогла спасти себя. Ничто так не придаёт сил и уверенности, как понимание того, что в одиночестве ты в состоянии сам о себе позаботиться. А спасла себя она уже дважды и теперь была точно уверена в силе своих возможностей.
Чувствуя прилив необычайного счастья, она отправилась домой короткой дорогой и, к огромной её радости, она не встретила мёртвых. Поэтому смогла вернуться домой спокойно и без происшествий. Аристарха Георгиевича на улице не было, поэтому она спокойно зашла в дом и отправилась в комнату, где смогла свободно выдохнуть и почувствовать себя в полной безопасности. Стоит признать, что она тут ощутила себя уставшей и прилегла на кровать. Только она укуталась в одеяло, как тут же погрузилась в сон.
– Тише, – произнёс Адриан, когда она вскочила от очередного кошмара. Он сидел рядом и держал её за руку, а в его глазах было столько теплоты. – Сон остался позади, ты проснулась. И я рад, что ты всё ещё жива.
– А я так рада тебя видеть! – воскликнула девушка и тут же крепко его обняла. Она вспомнила, как скучала по нему в холодном подвале, как мысли о нём помогли ей выбраться, и её переполнила нежность. Она была счастлива сейчас, в эту самую минуту.
Адриан обнимал её, так же испытывая счастье. Час назад, когда они возвратились с Аристархом Георгиевичем после очередных пустых поисков, стал для него радостным, ибо они обнаружили её дома, в кровати. Старик усмехнулся, признав, что девушка оказалась на редкость живучей и что он чувствует, что она будет первой возвращённой душой за весь период его пребывания. Изгой не мог с ним не согласиться, он помнил, как легко попадались другие живые на уловки одной только Смерти, уже не говоря о кознях мёртвых.
– Где ты была? – спросил он, прижимая девушку к себе, ощущая её тепло и наслаждаясь её живой энергией. Мёртвые не способны дать этого ощущения, они холодные.
– По глупости своей я попала в плен к твоим мучителям, – пожаловалась Доминика. – Я случайно попалась мёртвым, и они устроили за мной погоню, а мужчина… – она замялась. – Как их зовут?
– Николай и Ольга.
– Николай предложил мне укрыться дома и дождаться тебя. Да, я знаю, ты предупреждал меня об опасности. Но мне нужно было сказать тебе нечто важное и срочное, поэтому я приняла его приглашение. А затем удар. Я была в каком-то подвале. Сколько меня не было?
– Пять дней, – голос Изгоя стал печальным. – Я переживал.
