Но огромной змеи, конечно, не было. На толстой ветке надо мной лежала Арунья, она смотрела на меня с каким-то странным выражением, в котором были и жаркая ласка, и безнадежность. Впрочем, перехватив мой взгляд, она притушила это странное выражение.
– Молодой сагиб проснулся! – проговорила она ласково. – Поешь, и мы отправимся в путь.
– В путь? – переспросил я. – Ты хочешь сказать – во владения раджи Вашьяруни?
– Я плохо понимаю язык молодого сагиба, – ответила Арунья. – Но я знаю, куда нам нужно идти, и я знаю самую короткую дорогу.
Я подумал, что Арунья действительно плохо понимает мой язык, и решил довериться ей. Тем более что ничего другого мне не оставалось: без нее я не смог бы найти дорогу в джунглях, да просто не выжил бы в них больше часа.
Арунья принесла мне воды и фруктов.
Прежде всего я умылся, затем утолил жажду и немного поел, хотя при воспоминании о вчерашнем побоище еда вставала мне поперек горла.
Затем мы спустились с дерева и пошли вперед.
Арунья находила в джунглях одной ей известные тропинки, и мы продвигались довольно быстро.
По сторонам от нашей тропы то и дело раздавался подозрительный шорох и треск ветвей, словно там крались какие-то живые существа, но Арунья не обращала на эти звуки внимания, и ее спокойствие передавалось мне.
После полудня в ветвях деревьев показалась стайка обезьян. Они какое-то время двигались за нами, издавая громкие гортанные крики и звуки, похожие на смех, но наконец отстали, увлеченные чем-то новым.
Так прошло несколько часов, но джунгли все не кончались, мы не встретили ни одного человека и не увидели возделанной земли.
– Долго ли нам еще идти? – спросил я Арунью, когда мы остановились немного отдохнуть. – Скоро ли мы увидим населенные земли?
– Молодой сагиб может не волноваться, – ответила девушка. – Арунья приведет его куда нужно, и приведет скоро.
Мы сделали небольшой привал и снова пошли вперед.
Солнце понемногу спускалось к горизонту.
Джунгли вокруг нас изменились.
Теперь вместо зеленых, благоухающих растений, покрытых яркими цветами и спелыми плодами, вокруг нашей тропы стояли старые, полузасохшие деревья, чьи стволы были обвиты лианами, душившими их и выпивавшими все соки.
Птичьи голоса смолкли.
Даже шорох и треск не раздавались больше по сторонам тропы.
Вокруг царила странная, подозрительная тишина.
– Мы не сбились с дороги? – спросил я Арунью.
– Молодой сагиб может не беспокоиться, – ответила девушка, – Арунья хорошо знает эту дорогу и приведет молодого сагиба туда, куда нужно!
