Арчибальд вздохнул и, старательно игнорируя боль в спине, двинулся вперед, держа пистолет в обманчиво-расслабленной руке.
Он вдруг понял, что толкает его на все эти безумства. Понял и сам удивился простоте и глупости очевидной причины.
С момента побега из тюрьмы, да и до нее, он жил в постоянном движении, непрестанном напряжении. После тюрьмы ему довелось пережить несколько загадочных и полумистических приключений, встретить множество сверхъестественных тварей.
Он привык. Просто привык к такому вот «активному отдыху», привык сражаться и побеждать даже тех, кого победить нельзя, и сейчас вступал в бой не потому, что хотел защитить фанатиков или спутников, а просто потому, что хотел одолеть еще одну невозможную тварь.
В конце концов, старший Барракуда частенько называл его сухопутным дьяволом. Кому, как не дьяволу выходить против бога? Пусть даже и божок всего лишь языческий, да и дьявол смертен.
«Убить себя я не позволю», – решил Арчи, внимательно следя за тем, как фанатики целят в него из автоматов и револьверов. Дракон, передвинувшийся вдоль стены, топтался где-то недалеко от них, но теперь уже не пытался вредить. Цели противников объединились. Все они выполняли приказ чертова Мика, приказавшего убить и его, и всех их.
На спутников Арчибальд не оборачивался. Знал, что помощи от них ждать все равно не имеет смысла и совершенно не хотел тратить время на глупое беспокойство. Он шел вперед, неумолимо приближаясь на расстояние выстрела, готовый принять бой и выстоять один против небольшой толпы вояк и одного монстра. Причем последнего мужчина сейчас полагал меньшей из бед.
Первая автоматная очередь пролетела сбоку от него, не задев руку лишь потому, что он вовремя среагировал.
Бьянка, мимо которой просвистели пули, испуганно обернулась к соратникам и принялась делать руками запрещающие знаки. Хищник, приятно удивленный, негромко хмыкнул. Выходит, не все фанатики слепо повинуются Миктлантекутли, выходит, предводительнице не чужд здравый смысл…
Бьянка прекратила махать руками и растерянно отступила, глядя в наставленные на нее дула.
Арчибальд нахмурился. Девчонка еще могла принести пользу, могла помочь раскрыть планы своего божка, поэтому смерть ее сейчас была бы преждевременной.
Опытный взгляд мигом выхватил из четверых, целящихся в девушку, того, кто уже готов был нажать на гашетку. Рука с пистолетом чуть приподнялась, почти дрогнула. Грохнул выстрел.
Автоматчик упал, хватаясь за пробитую ногу; остальные спешно поменяли цель.
От следующей очереди пришлось уходить перекатом, на мгновение выпустив гуандао. Проскользнув под пулями, мужчина выпрямился, ухватил древко не успевшего упасть оружия и опять пригнулся, пропуская над собой пламя. А затем, почти не разгибаясь, тихо злясь на болящую спину и распаляя себя все сильнее, рванулся вперед.
Бьянка, оглянувшись, попятилась, уходя с его дороги и, запнувшись о тело брата, тяжело упала на землю. Темные глаза ее расширились; в них заплескался страх.
Арчибальд вздохнул. Ему на миг почудилось, что глупая девчонка наконец осознала свою потерю и теперь боится вот так же прилечь рядом с братом. Что ж, людям свойственна глупость.
Он мрачно сжал губы. Похоже, это и вправду его судьба – сойти со старой дорожки никак не удается. Он ведь не хотел больше убивать! Он хотел жить нормальной, законопослушной жизнью, он спокойно работал, спокойно поехал в отпуск… И даже черт с ним, с этим ацтекским божком – с ним бы он справился легко, как и с огнедышащей тварью. Но люди… почему он опять должен убивать людей, снова должен проливать кровь?
Нет, положительно, ему надо задуматься о создании банды. Если уж это неизбежно, то пусть хоть кровь проливают другие, а не он сам. На его душе и без того много грехов.
– Бьянка! – голос Джона из-за спины отвлек мужчину от мыслей. Парень явно собирался помочь глупышке, явно хотел спасти ее и, в целом, Молле это одобрял. Во-первых, девочка действительно может быть полезна. Во-вторых, сам Джон тоже нагрешил изрядно, пусть почистит душу.
Новая автоматная очередь едва не угодила Хищнику в грудь, заставив в последний миг выскользнуть из-под атаки, рванувшись вправо. Он стрельнул в ответ, но даже не успел понять, попал или же нет.
Прямо над головой раздался рев, и Арчи запоздало понял, что стена, у которой он нашел укрытие, ближе, чем следует. Что стена эта слишком горяча и шершава на ощупь, а еще у «стены» есть четыре кривые лапы, спина и шипастый хребет на ней. А еще хуже – у нее есть голова ящерицы, изрыгающая огонь и пытающаяся отследить врага злыми маленькими глазками.
Но у нее есть и шея.
Молле быстро прищурился, скользя взглядом вдоль бока ящера. Шея, которую охватывает ошейник, проклятый ошейник, чертово драконье ожерелье, которое необходимо срезать.
Пуля свистнула над головой и угодила точно в бок монстру. Тот ничего не заметил, а вот стрелок заметно стушевался.