– Кажется, тебе надо выспаться. Бал послезавтра, завтра мы с тобой ещё потанцуем, а потом займёмся подбором тебе платья…
Она уже почти подошла к дверям, когда её догнал негромкий и жалобный голос Наймиры:
– Циэль… А я его люблю… Что мне делать?
Потом был бал. У Марила было постоянное ощущение, что его хотят споить. Бастиан предупредил его, чтобы пил мало, а ему так и подливали вина в кубок. Ат Лав робко поинтересовался, не попытаются ли его отравить, на что Бастиан с привычной усмешкой отозвался:
– Да ты быстро учишься… Нет, вряд ли они попытаются отравить тебя сейчас. Ты им такой крайней нравишься… И даже очень нужен - народ тебя любит. Да и Клинок не так далеко отъехал, чтобы они рискнули посягнуть на жизнь того, кто был одобрен Светом на царствование. Будь спокоен. Если что, Циэль проследит… Не правда ли?
– Прослежу, - кивнула Аджит, - я умею делать это незаметно. В конце концов, я в этом деле участвую как лучшая подруга сестры короля, почему я не могу повертеться и рядом с самим королём?…
Наймира танцевала почти всё время, и сменила кавалеров столько, что Марил не запомнил всех, хотя следил за ней с волнением. Аджит чувствовала невольную гордость: из деревенской девушки почти за три дня сделала без пяти минут леди. Хорошая работа.
Тем вечером беседа зашла далеко за ночь. Впервые за всю свою жизнь Аджит оказалась в роли утешительницы. С Бастианом всё было совсем иначе. Он был силён внешне и внутренне, и он не требовал утешения. А у Наймиры сила была внутри, но вынести её наружу и заставить себя быть спокойной она не могла. Пришлось Циэль успокаивать её всю ночь, и Ат Лав заснула только под утро.
О ребёнке пока решили никому не говорить. Насчёт Элинина Наймира согласилась всё осмыслить в течение нескольких дней, чтобы не торопиться с решениями. Аджит припоминала живого и беспечного Элинина и задумывалась в такие моменты о том, как этот юноша оказался слугой Ночи. Какие пути привели его на дорожку Тени? Чем Хозяин завлёк его?
И почему, действительно, он даже не попытался воспользоваться возможностью близости Камня Света? Почему там не было Лорда Котли? Циэль не поднимала эти вопросы, успокаивая Наймиру наивными словами о том, что Элинин вполне мог полюбить её…
А ведь и мог бы. Ненадолго.
Что смутило Аджит на балу, это наглая уверенность многих, что управлять Марилом легче лёгкого. Они прямо на празднестве пытались заставить его дать согласие на какие-то действия. И ему так хотелось уже отвязаться от них, что он едва не согласился, и только суровый взгляд Циэль ему помешал.
Пока Наймира наслаждалась вниманием и танцами, Аджит выделяла среди блестящей толпы баронов и графинь предполагаемых бунтовщиков. Вот этому не нравится новый король, это сразу заметно. Вот той хотелось бы охмурить паренька своими чарами. Этот, в синем камзоле, определённо задумал что-то своё. А вот тот уверен в том, что всё у него уже получилось…
Потом она сказала Бастиану, улизнув с бала:
– А бунт всё-таки будет.
– Ночь с тобой, - махнул рукой Бастиан; он всегда забывал, что Ночь и так, как правило, с ней. - Не будет… Он им очень подходит…
– Кое-кому. А кое-кто бесится, что власть в руках мальчишки, к которому все подступы уже перекрыты теми, кто успел первым. Я думаю, что если он в ближайшее время не покажет зубы, его попытаются свергнуть. Ты же знаешь своих шакалов, этих лордов… А леди, ты бы их видел! - она пошевелила бровью. - Не знаю, отвяжется ли Ат Лав сегодня от всех них…
– А вот об этом его сестра позаботится, - уверенно ответил Бастиан.
– Она и сама очарована вниманием.
– Наймира-то? - он зевнул лениво. - Нет, не смеши меня… Она делает вид, что в восторге, может быть, ей действительно нравится внимание… Но получить над ней власть не выйдет ни у одного из тех, как ты выражаешься, шакалов, которых я знаю. Поверь мне.
– Ну, если ты так думаешь… Однако всё-таки будь внимателен…
– Я и так внимателен, насколько могу. А ты зря ушла с бала, - заметил он, - не оставляй Марила без присмотра. Сестра позаботится о леди, а уж о шакалах ты позаботься, - он рассмеялся. - Как ты хорошо придумала… Шакалы… Кстати, Циэль, ты не заметила? - он щёлкнул пальцами и позвал. - Зверь!
Послышалось ворчание, и из-под стола высунулась чёрная собачья морда. Пёс покосился на Аджит, показал зубы, но особой агрессии не проявил.
– Он сегодня появился, - Бастиан ласково потрепал собаку по голове. - Видишь, какой он худой и ободранный? Должно быть, перебивался объедками. Бедняга, - Бастиан поднял глаза на Аджит. - Ничего, теперь мы с ним будем вместе скрываться…
– Ты любишь свою собаку больше, чем людей, - покачала головой Циэль, криво улыбнувшись.
– А кого мне было любить? - поинтересовался Бастиан, не переставая гладить пса. - У меня был только Зверь, с которым я мог бы быть спокоен… Он тебя не тронет, не бойся. Погладь его, - предложил он.
