Кровь драконов — запрещенный ингредиент, его нельзя добывать и продавать. И за то и за другое следует смертная казнь, причем приговор выносится сразу, на месте. Не говоря уже о том, что к драконам невозможно приблизиться, они убивают чужаков на подходе к своей территории. Все контакты с людьми они оборвали сразу после эпидемии, скрывшись в недоступных горах. И всяко не прилетят, чтобы выделить пару пробирок драгоценной жидкости.
Но это было именно то, чего нам не хватало — зацепка. И надежда.
Не успела я переварить новость, как в дверь снова постучали, на этот раз громко и настойчиво. Не комната, а проходной двор какой-то!
За дверью обнаружились взволнованные свекры, да, что-то я не подумала их предупредить. Нехорошо вышло, представляю: приходят они в мансарду, а Ксавьер исчез. При том, что они наверняка уже в курсе, что лекарство не сработало.
— Сынок… — у Клариссы из глаз потекли слезы.
Ксавьер молча подошел и обнял мать, Морис встал рядом и похлопал сына по плечу. Но по его лицу было видно, как он волнуется и переживает за наследника.
Теперь без объяснений обойтись не получалось, да еще нужно обдумать и обсудить наши дальнейшие действия. Стоявшего в уголке Кейва я отправила за Майком и Реем, будем проводить консилиум.
Ксавьера попыталась отправить отсыпаться, все-таки ему сейчас положен отдых, больной, только из анабиоза. Но муж категорически отказался идти баиньки, когда решается его судьба. Так и сказал: «А то отправите меня обратно в стазис, знаю я вас».
Собрались в столовой, место не самое подходящее, но другого в относительно небольшом доме не нашлось. Усталость и опустошение после напряженной работы контрастировали с уютом комнаты и, хоть убей, не располагали к мозговому штурму. Да и мой муж, вопреки всем просьбам, как-то уговорил маму его накормить. И ведь Клариссу я тоже предупредила, она сразу порывалась угостить сына ужином. Но то ли Ксавьер был убедительнее, то ли чуткому материнскому сердцу виднее, что нужно дитятку после месяца анабиоза, но застала я мужа, из-под полы таскающего прямо руками мясные кусочки из рагу. Рагу я отобрала и доела. Вилкой. Я ведь тоже не ужинала, и мне точно не во вред. А то продукт пропадет еще, надо спасать. Ксавьер молчал и смотрел на меня, как на врага народа, Кларисса с жалостью на объеденного и голодного сына. Поставь перед лордом выбор: я или еда, совсем не уверена, кого он предпочтет.
Майк, сонный, явно вытащенный из постели, шарахнулся от Ксавьера, как от ожившего мертвеца, за которого его спросонья и принял. Хорошо, магию использовать не стал, а то, боюсь, как бы у лорда Тайны не сработал рефлекс давать сдачи.
Рей нашелся в столь поздний час у Вилли. Грифон не умел соизмерять силу в игре, так что мой второй ученик сидел перемазанный в земле, с травинками в волосах и парочкой свежих ссадин.
Все наперебой принялись интересоваться Ксавьером, его самочувствием, ощущениями. Майк, кажется, всерьез оглядывался в поисках бумаги и грифеля, все-таки не каждый день люди из анабиоза выходят, да еще и зараженные драконьей чумой. Рей, судя по замутненному взгляду, перешел на магическое зрение и вовсю изучал моего мужа. Свекровь не оставляла попыток тайком накормить чадушко, а свекор по-военному кратко излагал новости о ходе расследования.
— Так, — я хлопнула рукой по столу, призывая всех к порядку. Удар подействовал как надо, только стоило бить прихваченной с собой книгой. Теперь ушибленная ладонь ныла. Учту на будущее.
Окружающие, наконец, вспомнили, что собрались мы ночью по делу, и обратили на меня внимание. А я коротко пересказала про находку Кейва.
— Логика здесь есть, — Морис задумчиво почесал щетинистую щеку. — Драконы раньше жили бок о бок с людьми, их почитали, уважали и боялись. На них запрещалось охотиться, но это, скорее, забота о людях. Там, по рассказам, такие охоты были, что не понятно, кто добыча, а кто охотник, — хмыкнул свекор.
— А как же добывали их кровь? — ведь мой предок ею располагал.
— Де-делились, — подал голос Кейв. Вдохнул, набирая побольше воздуха. — С ними мо-можно до-договорить-ться. Мо-можно бы-было, — уточнил парень.
— То есть миаситы не первые, кто их приручил?
— Дракон-ны р-раньше не-не служили лю-людям, — проговорил Кейв… А миас-ситы прев-превратили и-их в оруж-жие.
— Эмпатия? — уточнила я, ученик кивнул.
Страшно подумать, насколько сильны были их эмпаты, раз сумели сделать из диких и опасных ящеров послушных зверушек.
— Дорогуша, ты же не планируешь идти и приручать драконов? — умоляюще спросил Майк. — Нет, я готов, даже с радостью, но такие экспедиции готовятся не один месяц. Если мы просто так заявимся к драконам, то они, конечно, обрадуются нам, но исключительно как сытному ужину и разнообразию в меню.
— Не хочешь войти в историю? — усмехнулась я.
— Одни уже вошли, а потом вышли через задний проход. Это чистой воды самоубийство.
— Линда, я поддерживаю твоего товарища, к драконам путь закрыт, — пробасил свекор.
