– Извините. – Сент-Джеймс спокойно обошел их, поднял простыню со ступенек и с отеческим видом обернул ее вокруг Чентел, которая в это время тщетно пыталась прикрыть грудь руками. – Ничего страшного, – сказал он вслух и тихо добавил ей на ухо: – Сезам, закройся! Вот оно, настоящее сокровище Ковингтонов!
Он встал рядом с ней на колени и начал без тени смущения драпировать простыню вокруг ее талии; в ярости Чентел шлепнула его по руке за чрезмерное усердие. Наблюдавшие эту сцену дружно ахнули, так как звук удара гулким эхом отразился от стен.
– Оставь меня, негодяй! – пытаясь вырваться из сильных рук, воскликнула Чентел.
– Тише, тише, дорогая, успокойся! – Сент-Джеймс поднял ее на ноги, невзирая на сопротивление. – Эти леди могут неправильно истолковать твое поведение. Дамы, вы должны простить мою невесту, – при этих словах лорд ласково улыбнулся Чентел и властно прижал ее к себе. У Чентел мгновенно перехватило дыхание то ли от его медвежьих объятий, то ли от слова «невеста», точно сказать она бы не смогла.
– Невесту! – прошипели в унисон сестры Рэндалл, как гарпии-двойняшки.
– Да, невесту. – Голос Сент-Джеймса звучал уверенно. – Мою невесту. Нас захватило совершенно сумасшедшее, стремительное чувство…
Теперь все женщины, включая Чентел, взирали на него так, будто у него было три головы и копыта на руках и ногах.
– Сумасшедшее? Вот это верно! – пробормотала Чентел. – Можно сказать, сногсшибательное…
– Скорее захватывающее, дорогая, нас обоих захватил водоворот… – В его тоне слышались покровительственные нотки, а глаза при этом смеялись.
– Да, и еще он опоил меня какой-то гадо… – не унималась Чентел.
– Да, страсть опьяняет. Я ощущаю это точно так же, как и ты, моя милая.
Гостьи смотрели на него в полном замешательстве.
– Видите ли, леди, вчера на балу у сквайра Питерсона Чентел скверно себя почувствовала…
– Да, и болезнь со мной приключилась весьма странная, – фыркнула Чентел, не оставляя попыток вырваться из его железных объятий.
– Я был так обеспокоен, что сразу же привез ее сюда, потому что ехать до Ковингтон-Фолли было гораздо дальше, а я не хотел рисковать ее здоровьем… – Аргументы Ричарда были вполне разумны, так что дамы начали приходить в себя!
– Неужели? – ехидно спросила Чентел.
– Ну конечно же! К тому же у меня гораздо больше слуг, и, смею надеяться, в критической ситуации они действуют гораздо эффективнее. Вы же понимаете, миссис Джаспер. – Сент-Джеймс умоляюще посмотрел на жену викария, мудро игнорируя сестер Рэндалл, которые, кажется, готовы были взорваться от возмущения. – Я, я просто не мог думать о приличиях, когда благополучие моей любимой было под угрозой!
– Конечно же, вы правы, – и миссис Джаспер, к негодованию Чентел, сочувственно протянула руку этому притворщику, который только что с легкостью обвел ее вокруг пальца!
– Благодарю вас. Я знал, что вы меня поймете. В конце концов, важно не само деяние, а намерение, ради которого оно было совершено. А теперь я боюсь, что Ченти…
– Чентел! – раздраженно поправила она.
– Что Чентел должна снова отправиться в постель. – Он легко, как пушинку, поднял ее на руки.
– Сейчас же поставь меня на ноги, – резким тоном приказала Чентел, на что дамы закудахтали, как курицы; было бы глупо не принять Правил игры, ведь Сент-Джеймс теперь выглядел героем, а она – недостойной его жеманной кокеткой. – Дорогой, поставь меня, пожалуйста. Я уверена, что могу ходить сама… я не хочу больше в свою комнату!
– Но ты ведь не можешь разгуливать по дому в таком виде! – произнес Ричард с мягкой настойчивостью, поднимаясь вверх по лестнице. На четвертой ступеньке он остановился и обратился к стоящим внизу: – Надеюсь, вы нас извините. Конечно же, вы все приглашены на нашу свадьбу, которая состоится, она состоится через два месяца.
– О чем ты говоришь? – Чентел уже не знала, что и думать.
– Так быстро? – хором отозвались Лавиния и Дивинил.
– Ну конечно же! – улыбнулся Ричард. – Я не могу себе представить, что мы с моей любовью можем быть разлучены на более долгий срок.
Его любовь извивалась у него в руках и что-то недовольно бормотала себе под нос.
– Эдвард, ты не проводишь дам? – обратился к приятелю Ричард. – Я должен устроить мою милую Чентел поудобнее.
– С большим удовольствием. – Эдвард, расплывшись в радостной улыбке, бросился выпроваживать сбитых с толку дам. В этот момент он больше всего напоминал счастливого колли, который стремился угодить своему хозяину, преданно виляя хвостиком.
Ричард с Чентел на руках неумолимо приближался к ее темнице; она слышала, как Эдвард внизу похваляется тем, что это именно он познакомил любящую пару.
– Как он смеет! – воскликнула Чентел.
– Тише, – успокоил ее Сент-Джеймс. – Эдвард умеет творить чудеса. Через несколько минут дамы забудут о случившемся.
– Ты имеешь в виду, что он такой же лжец, как и ты! – прошипела Чентел.
Не обращая внимания, Ричард внес ее в золотую комнату и с такой силой бросил на кровать, что она подпрыгнула на пружинах.
– Я не лжец! – В его голосе послышались стальные нотки.
