– Да. Ты вручил ее мне на прошлой неделе!
Тедди уставился на сестру пустыми глазами, в которых ничего не отражалось; до Чентел вдруг дошло, что он не понимает, о чем она говорит. Черт возьми, она рисковала жизнью ради шкатулки, о которой он даже не помнит!
– На прошлой неделе ты дал мне черную шкатулку и велел хранить ее как зеницу ока!
– Разве? – Его лоб прорезала глубокая морщинка. Потом вдруг на него нашло просветление. – Да, точно, так и было. А кто за ней приходил?
– Не знаю. – Чентел нервно комкала в руках салфетку. – Он был в маске и не представился.
– И мистер Тодд его впустил в дом? – недовольно воскликнул Тедди. – Я тебе давно говорил, Чентел, что его пора заменить. У него не все в порядке с головой.
– Мистер Тодд никого не впускал, – терпеливо объяснила Чентел. – Незнакомец сам себя впустил, он вошел через балконную дверь в мою спальню.
– Какой кошмар! Это же неприлично! Абсолютно недопустимо! – То, что Тедди в свое время заучил, он знал очень хорошо.
– Конечно, это неприлично. А то, что он меня держал под дулом пистолета, допустимо? – спросила Чентел с досадой.
– Что ты говоришь! Какая вопиющая невоспитанность! – возмутился ее брат.
– Да, он вел себя как самое настоящее чудовище. Но скажи мне, Тедди, что такого важного было в этой шкатулке?
– Мне все это не нравится, совсем не нравится. – Тедди озадаченно покачал головой.
Вдруг его взгляд приобрел некую осмысленность, и Чентел затаила дыхание – кажется, он вспомнил!
– Слушай, а он пришел не за сокровищем, как ты думаешь? Черт побери, если он охотится за нашим сокровищем, то пусть лучше не попадается мне на глаза!
Слабая надежда, зародившаяся у Чентел, бесследно испарилась, и она терпеливо, как ребенку, стала ему втолковывать:
– Нет, Тедди, я убеждена, что там было что-то другое. Он сам мне сказал. Только не говори мне, что в шкатулке хранилось что-то, связанное с нашим пресловутым сокровищем! Какая-нибудь карта или что-то в этом роде!
– Почему ты говоришь «пресловутое»? Оно существует на самом деле! Так утверждала мама.
Чентел отрицательно покачала головой:
– В любом случае ночной гость этим не интересовался.
– И пусть не интересуется, а то ему не поздоровится? Все равно он ничего не найдет: мы с Недди так хорошо спрятали карту, что никто посторонний в нашу тайну не проникнет.
– Ты же знаешь, что никакой карты нет и не было! – не сдержалась Чентел.
– Ее не было, зато теперь есть. Мы с Недди долго работали и нанесли все наши соображения на карту. Вот увидишь, мы скоро найдем сокровище Ковингтонов, – торжественно заявил ее брат.
– Но ведь это только легенда! – Чентел слегка потянула Тедди за рукав. – Это всего лишь семейное предание. Кроме того, наша прапрабабка Дженевьева поклялась, что ни один мужчина его никогда не найдет, отыскать его сможет только женщина из нашего рода, разве ты об этом забыл?
– Это все чушь, ведь она, в конце концов, была всего лишь женщиной!
– Той самой женщиной, которая это сокровище спрятала, чтобы оно никогда не досталось мужчинам из рода Ковингтонов, – так говорила мама.
– Но… – Тедди немного замялся.
– Ни один мужчина из нашего рода до сих пор его не нашел!
– Да, ты, конечно, права… – На какую-то минуту лицо Тедди омрачилось, потом он снова заулыбался. А если на лице Тедди появилась улыбка, на него невозможно было злиться. – Но сокровище все равно здесь, – выпалил он. – Ведь ни одна женщина его тоже не нашла!
– Вот именно поэтому я и считаю, что все это чепуха и выдумки, – ответила Чентел, подчеркивая твердым тоном значимость своих слов.
С ранних лет она росла под впечатлением семейной легенды, мечтая, как и всякая девочка из рода Ковингтонов, найти сокровище и тем самым снять со своего семейства проклятие. Только повзрослев и помудрев, она поняла, что не может влиять на ход событий, которые от нее не зависят, да и вряд ли кто-нибудь сможет снять проклятие с Ковингтонов, которое действительно существовало.
Это был фатальный порок каждого из Ковингтонов. Лихорадка азарта играла у них в крови; мужчины готовы были заключать пари даже на муху, сидящую на стене, в то время как женщины пылали внутренним огнем, остроумием и… неистребимой страстью выходить замуж только за игроков. В результате семейные капиталы то удесятерялись, то бесследно исчезали.
Однако Ковингтоны не были нищими; нет, они были связаны родственными узами с самыми знатными и богатыми семействами Англии. Мужчины из этого рода были столь же привлекательны, как и женщины, и чаще всего женились на богатых наследницах. Собственно говоря, они были вынуждены выгодно жениться для того, чтобы избежать долговой тюрьмы.
Чентел была уверена, что если когда-нибудь откроется, какие состояния пускали по ветру Ковингтоны, разразится большой общенациональный скандал. Семейство леди Дженевьевы Сен-Клер относилось к числу наиболее пострадавших. Зеленоглазую, с пылающей гривой рыжих волос, леди Дженевьеву считали ведьмой, потому что она обладала редкой для женщины внутренней силой и заставляла окружающих делать то, что она хотела.
