Ночное видение было огромным преимуществом, когда приходилось обыскивать тёмное подземелье. Не так повезло, однако, с гиперчувствительным носом, потому что вонь была ужасной. Желчь поднялась, я сделала неглубокий вдох через рот, пытаясь успокоить желудок. Я знала, что мы торопимся, но что-то, подозрительно похожее на кость, прокатилось под моей ногой, когда я свернула налево в первый проход. Холод пробежал по моей спине, и я изо всех сил старалась не обращать на это внимания. Это место было злом, и оно не давало мне покоя.
Я почувствовала драконов в конце этого ряда. Мы с Расселом последовали за звуками тихого шепота. Джордж раскачивал измождённое тело брата. Он повернул голову в нашу сторону с огнём во рту. Рассел толкнул меня за спину, но Джордж узнал нас и закрыл рот.
Шлепнув Рассела по руке, я прошептала:
— Ты не огнеупорный. Не делай этого.
— Джордж, — сказал Рассел. — Как мы можем помочь?
Тряпки в руках Джорджа зашевелились, и моё сердце сжалось.
— Я вытащу Алека. Можете ли вы взять других? Сомневаюсь, что они оставили много живых.
Джордж поднялся и осторожно понёс брата по коридору.
Мы с Расселом побежали по рядам, проверяя камеры. Большинство были пусты. Предположительно, трупы заключённых фейри вернулись в Волшебную страну. Рассел нашел селки, которого я видела в воспоминаниях, и повёл его вверх по лестнице.
В камере напротив находился тот, кого я боялась, но о котором нужно было позаботиться. Сломленный оборотень, превратившийся в мучительную смесь человека и волка. Когда я вскрыла решётку, он приоткрыл один глаз и камеру наполнил жалобный вой.
— Пожалуйста, — выдохнул он.
Положив руку ему на лоб, я судорожно вздохнула, решив поступить правильно.
— Теперь ты можешь отдохнуть. Всё закончилось.
— Спасибо…
Я перерезала когтями его шею. Я знала, что это нужно сделать, но не могла позволить ему поблагодарить меня за то, что я его убила. Я встала с дрожащими руками, и мой желудок, наконец, взял своё. Меня вырвало в углу.
Тяжело выдохнув, я пробежала по коридору в поисках оставшихся заключенных. Я чувствовала битву наверху, но старалась не позволять ей отвлекать меня, как и не позволять своему страху отвлекать Клайва. Он и Годфри сражались с Алдит и тремя её вампирами. Клайв был в ярости от того, что её умственные способности были такими же сильными, как и его собственные. Из-за этого одолеть её было гораздо сложнее, чем он ожидал.
Краем глаза я заметила движение и остановилась. Орк сидел на полу, его руки и ноги были прикованы цепями к стене. Я остановилась в дверях, не зная, что делать. Я никогда не встречал орка, который не хотел бы меня убить, но этот был пленником. Решив, что я веду себя как сволочь из-за нерешительности, я вошла и, схватив ключи у двери, начала отпирать его кандалы.
— Ты можешь стоять?
Я наклонилась, чтобы помочь ему подняться.
Когда он открыл глаза, меня охватила паника. Может быть, всё это было уловкой, и я вот-вот получу кулаком по лицу, но он вместо этого покачал головой.
— Нет… могу попробовать, — проворчал он.
Поражение в его голосе заставило меня напрячься, чтобы поставить его на ноги, но орки весят чертову тонну. Рассел вернулся, помог мне поставить заключенного на ноги, а затем перекинул его через плечо.
— Я подниму его, — сказал Рассел. — Есть ещё один проход, который я не проверил, внизу справа.
Демонстрируя нелепую вампирскую силу, мгновение спустя Рассел уже бежал с орком вверх по лестнице на улицу.
Я добежала до последнего перехода и повернула направо. Я чувствовала кого-то. В последней камере слева кто-то был, но все остальные казались пустыми. Я проверила каждую, просто чтобы быть уверенной. Ничего. Однако в последней камере меня остановил холод. О, нет.
В камере стояла большая ржавая ванна. Моя голова раскалывалась, а дыхание стало прерывистым. Я не была уверена, сколько ещё смогу вынести. Они не удосужились запереть эту дверь, да и зачем? Я заглянула в ванну и почувствовала лёгкое головокружение. Грязная стоячая вода едва покрывала русалку. Бедро, плечо и лысина на затылке торчали из воды. Её чешуя была тусклой и шелушащейся, по краям покрытой корками крови.
Как я могла вытащить её, не сделав ещё хуже?
Рассел вернулся, и мы оба уставились на умирающую русалку.
— Я мог бы взять её и побежать, но что потом? Нам некуда пристроить русалку.
Он выглядел таким же больным, как и я.
— Я тут стояла и думала, как помочь. Есть дерево, которое является дверью в Волшебную страну. Я видела это в памяти. Если мы сможем доставить заключённых туда, я смогу их протолкнуть сквозь портал, — я оглянулась на него. — Это потребует моего возвращения в заколдованный туман.
Он сделал паузу, желая возразить, но мы оба знали, что это единственный способ спасти всех бедолаг, которые подверглись ужасным пыткам. Он неохотно кивнул, понимая, что у нас нет выбора.
— Да. Хорошо.
— Идём.
