Нигаи скорее приподнялась с кровати в попытке остановить Мадару, но он уже растворился в спирали. Куноичи поджала губы и подтянула колени ближе, буравя взглядом принесённые им вещи. Она осторожно провела по ним рукой, как бы рассматривая на ощупь, словно не доверяла глазам. Холодные металлические пластины. Сумка с метательным оружием. Защитная сетка.
Только теперь Нигаи осмотрелась по сторонам: повсюду стояли стеклянные сосуды с прозрачной жидкостью и десятками, нет, сотнями шаринганов. Призрачный взор каждого из них будто был направлен прямо на неё, прожигая кровавым взглядом. Нигаи, не отрываясь от этого зрелища, положила правую ладонь на бинты.
«Он меня спас».
Куноичи бросила взгляд на сумку с кунаями.
«Скорее, он был вынужден».
Нигаи нахмурилась, когда её рука неосознанно потянулась к опасно острому холодному оружию. Пальцы скользнули в подсумок, наткнулись на твердое оплетение тонкого эфеса* куная, поднялись до ледяного кольца и решительно сжали его в привычном захвате. Куноичи поднесла его остриём ближе, улавливая едва различимое отражение своего лица на клинке.
Она провела пальцами другой руки по рукояти, затем перешла на острое ребро и, внутренне сжавшись, заскользила по нему, рассекая тонкую кожу. Кончики пальцев оставляли за собой кровавый след, но Нигаи не останавливалась, больше и больше нажимая на железо и в конечном итоге обхватив его сильнее полной ладонью. Лезвие резало теперь ткани ладони, выпуская больше крови, которая тонкой алой струйкой начала стекать по запястью.
Нигаи отняла чуть подрагивающую руку от куная, рассматривая неглубокие, но сильно кровоточащие полосы. Внутри всё начинало расслабляться, и она неожиданно для себя не почувствовала сковывающего страха, как это случалось обычно.
Боль, такая привычная для каждого шиноби, стала по-настоящему опасной для Нигаи после той битвы, когда погибли Кензо и её товарищи. Прошло несколько месяцев, но она так и не смогла полностью оправиться от тех потрясений, что случились с отрядом в день нападения.
Страх больше всего делал её бесполезной. Большинство стратегий сводилось к уклонению от боя, а если его не избежать, — к уклонению от атак. Ведь ранения сводили с ума, били под дых в самый неожиданный момент, разрушали все попытки стать сильнее. Какой бы Нигаи ни была быстрой, хитрой в бою и опасной, всё это теперь не имело никакого значения.
Поняв это, она устало вздохнула и вытерла начавшую запекаться кровь с рук, затем с куная. Вновь мельком обратив внимание на своё отражение на лезвии, Нигаи оторопела: волосы стали порядком длиннее. Она взяла небольшую прядь каштановых волос в ладонь и лёгким движением отрезала их.
Мадара появился настолько же неожиданно, как и исчез, молчаливо смерив девушку взором. Нигаи окинула его безучастным взглядом и отложила кунай в сторону.
— Твои волосы, — он будто бы запнулся, встретившись с измученным взглядом куноичи.
— Они бы мешались, — Нигаи смахнула оставшиеся пряди с себя, но обнаружив неотрывный пристальный взгляд Мадары и бездейственное молчание, продолжавшееся слишком долго, добавила: — Всё в порядке?
— Да, — он вовремя остановился, чтобы не сказать: «Так ты больше похожа на Рин».
Под непонимающим взглядом куноичи он безмолвно прошёл в угол комнаты, где стояли сосуды с шаринганами.
— О какой войне шла речь? — куноичи неторопливо направилась к нему, обводя взглядом его силуэт со спины. Широкие плечи и мощный торс сейчас не скрывал плащ Акацуки, который она привыкла на нём созерцать.
— О той, что станет началом нового мира. — Нигаи оторопела от его тона. — Пэйн, как и все из «Акацуки», оказались бесполезны. Он нас предал, пойдя на поводу у Девятихвостого паренька.
Она вышла чуть вперед, развернулась к нему и сосредоточенно посмотрела в прорезь его маски, будто в поиске какой-то подсказки. Мадара тотчас перевёл взгляд от глядящих сквозь него шаринганов на серьёзную куноичи подле него.
— Сейчас главная цель — Восьмихвостый и Девятихвостый. Альянс отказался сдать их, — Мадара усмехнулся, — но у нас есть союзник, который в этом поможет.
Тон его голоса привёл куноичи в смятение. Начало войны, Альянс, джинчуурики — всё это смешалось в один большой ком. Мадара прервал её попытки разобраться в происходящем:
— Всё закончится быстро. Ты направишься к Кабуто. Я не сильно ему доверяю,
— он прервался, видимо, обдумывая слова. — Он считает, в тебе могло остаться какое-то количество чакры хвостатого зверя и это поможет с его техникой.
— Не только ему может понадобится чакра Четырёххвостого, — прервала его куноичи. — Да и Зецу справятся с этим лучше. Я буду сопровождать тебя.
Мадара проследил за удаляющейся от него девушкой, которая подошла к постели и взяла в руки часть новой одежды. Она бесстрастно покрутила её перед собой и присела рядом, ожидая ответа от Мадары. Но он снова промолчал, отвернувшись к бурлящим в растворе шаринганам.
