Я потерялся во времени. Просто растворился в неземном кайфе, растворился в женщине, которая была послана мне небесами или пеклом. Не знаю, кем, но знаю, что, видимо, за что-то хорошее. Потому что то удовольствие, которое она мне дарила, стоило всего, что я имел или мог бы иметь во всех мыслимых мирах… Я не просто ее люблю. Еще не придумано слова, которое может описать то, что я к ней чувствую… Словно она- это я, это часть меня… Мы совершенно голые, потные, прижавшиеся друг к другу… Моя рука на ее бедре. И я бы лежал так всю жизнь… Но реальность рано или поздно настигнет, а в ней слишком много вопросов, которые надо начинать решать… Без эмоций, здраво, взвешенно…
Пролог
Вы когда-нибудь видели горную реку? Мне всегда казалось, что ее течение- одно из самых завораживающих зрелищ в мире… Горная река похожа на женщину Кавказа… Скованная громадами гор, словно мощными спинами наших мужчин, она все равно ревет и мечется, мечтая вырваться из вечной западни, но почти всегда усилия ее тщетны… Она страстная и ледяная одновременно, она шумная в гневе и безмолвная в неизбежности принятия своей судьбы, она кристально чистая и в то же время, стойко переносящая любую грязь, которую встретит на своем пути, она бьется об острые каменные пороги, словно это рок наносит ей удар за ударом, но все равно продолжает бежать вдаль. Её энергию и напор сдерживают крутые берега- обычаи и нравы, неизменные веками, а она вопреки всему несется бурным потоком вниз, несется к свободе… к морю… Не все ее воды добегают до конечной цели. Их иссушает жаркое солнце, они разливаются на мелкие ручейки, питая земли и становясь источником питья для сел и городов, но кто-то ведь все равно добегает…
Я всегда мечтала быть рекой… мечтала быть именно той водой, которая доберется до моря и получит долгожданную свободу… И иногда, еще в детстве, мне казалось, что я могу прыгнуть в нее- и мечта исполнится… Но годы шли… Я все смотрела на это бурное течение и не решалась сделать шаг вперед… Я так и осталась трусихой на берегу. И теперь, спустя столько лет, такая же трусиха… Хотя мысли о том, чтобы стать частью этого бешеного потока, опять меня одолевают с маниакальной навязчивостью, потому что снова в моей жизни появился Он и все разворошил…
Моя рука нервно сжала перила террасы, выходящей на обрыв. Я закрыла глаза, вслушалась в рев воды внизу… Мощный, свободный, отчаянный… Такой, какой бы хотела быть и я… Но я здесь… Я могу лишь стоять и безропотно сжимать перила террасы этого проклятого и прекрасного одновременно дома… Дома, построенного по моему проекту, для меня… Очередная моя игрушка в глазах других… И только я знаю, что этот дом- мавзолей нашей с Ним любви… А вернее, склеп. Любви, вырванной у меня, отобранной судьбой, украденной одним свежимсентябрьским вечером…
Я слышу звук зурны и барабанов. Там, внизу, на нашем дворе, на стороне, выходящей на село, уже во всю празднуют свадьбу… Но я пока не решаюсь туда спуститься. Здесь, у обрыва, с видом на реку, мне спокойнее.
— Камила, — голос за моей спиной, — пора, идем.
Оборачиваюсь к нему. Подхожу. Беру за руку. Он осматривает меня с головы до ног, удовлетворенно хмыкнув. Белое платье, слишком откровенное для местной среды, прилегает к моей фигуре, волосы собраны в аккуратную прическу, лаконичные украшения…
— Просто красавица, как всегда, впрочем, — шепчет, беря меня под руку…
И мы спускаемся вниз, я параллельно слышу, как мои каблуки отбивают такт по каменным ступенькам, а в висках чувствую биение сердца…
Сглатываю, понимая, что мы подходим к месту, где уже во всю идет торжество. Собираюсь с силами, пытаюсь усмирить давление. Поднимаю глаза, видя по центру на противоположном конце жениха и…
Глава 1
Невесту…
Его невесту…
Мой муж Арсен замечает мой взгляд, а может мне только это кажется, и сильнее, почти до боли сжимает мою руку. Мы невозмутимо проходим к центру, туда, где сидят молодожены. Нам приготовлено почетное место справа. Еще бы, праздник проходит в нашем доме… Пока идем через весь зал, чувствую на себе неодобрительные взгляды женщин. Они всегда на меня так смотрят… Перешептываются… Да я бы сама перешептывалась…
***
— Посмотрите на нее, дааа… Платье белое надела, да еще открытое какое, а? Бесстыжая жена у Арсена… Всегда такой была, с детства… И кто на свадьбы надевает белые платья? Невесту хочет перещеголять? Ва-ба-бай, и что только не сделает эта женщина, чтобы нас задеть… Показать, что особенная цаца. Драная… Помним, помним мы ее десять лет назад. Такая же спесивая была, зато за душой ни гроша… Мать полы мыла по ночам в школе, чтобы хоть как-то прокормить эту белоручку…
— Да какую белоручку, Зохра? Криворучку, жи есть. Она же никогда ничего сделать не могла нормально- ни двор подмести, ни за водой сходить, ни корову подоить… Да платье подвернуть не могла она, тьфу! Забыла что ли, вечно тройки получала на труде у Кристины Надировны…
— Точно, точно, Сабина. Правду говоришь. Только видишь, не нужно ей оказалось это все. И платья теперь есть кому подворачивать ей, и еду готовить, и двор подметать… Не двор, гектары… Там знаешь, сколько у них домов… И как он ее в жены взял? За что? Ни кожи, ни рожи…
— Не родись красивой, — умозаключили толстозадые плодовитые кумушки, сидя за одним из столов, — Алмаз ведь тоже за ней как бегал, помните? Дрался все время за нее, эту русачку вонючую… Думали, засватает сразу после школы…
