http://static.diary.ru/userdir/3/0/0/6/3006151/86206142.jpg
========== Глава 2. Драко (часть 1) ==========
— Это возмутительно! — Резкий голос деда был слышен в детской громче других. Ответов отца Драко не разбирал — тот говорил очень тихо, а маме сэр Абраксас почти не давал вставить слова. — Если бы я знал! Вот оно — ваше современное воспитание! Делаете из будущего мужчины эльфийскую тряпку!
— Но папа! — воскликнул Люциус.
— Сэр, Драко ещё совсем ребёнок, — залепетала Нарцисса, — он просто боится засыпать в темноте. И что плохого в том, что с ним в спальне эльф? Пиззи же его вырастила.
— Вот именно! — рубанул Абраксас. — Моего внука вырастил домовик, а формировать его натуру и характер дозволено только родителям и старшим членам рода! Извольте замолчать! Мальчик прекрасно может спать один. Больше никаких телячьих нежностей с домовиками! Подыщем хорошего строгого тьютора, который не станет потакать всем детским прихотям. Опасным, как видите! В его возрасте я уже носился на метле и превращал кошек в кубки для вина. То-то отец злился… э, то есть веселился, когда они у него в руках мяукали. А этот — неженка, эльфийский выкормыш! Позор!
Драко от страха и стыда спрятался с головой под одеяло. Слушать деда было обидно до слёз. Он же не виноват, что этот гадский лебедь кинулся щипаться! И Пиззи не виновата… Зря он тайком приоткрыл своё окно, чтобы подслушивать, о чём спорят взрослые внизу.
Без Горошинки (1), которой, сколько Драко себя помнил, впервые не было рядом, без её колыбельной заснуть не удавалось. По углам прятались страшные тени и, лишь закроешь глаза, начинали клацать клыками и тянули к нему противные щупальца. Извертевшись в постели, он откинул душное одеяло и спустил с кровати ноги. Сломанная, в лангетке (помогающей Костеросту, как объяснил целитель), жутко чесалась. Ещё и в туалет захотелось. Вот как теперь на одной ноге достать ночной горшок? В другое время он не раздумывая позвал бы на помощь, однако после сегодняшнего разноса, устроенного дедом… А Драко всего-то хотел запрячь лебедей в карету, что сделала для него на пруду Пиззи из больших листьев кувшинок. Та просила его не беспокоить птиц, но Драко решил, а чего эти здоровущие лебеди просто так плавают — отличные коняшки получатся. Эх, покатаюсь! На одного лебедя легко удалось накинуть веревку с петлёй, а второй почему-то начал убегать, вернее, уплывать, а когда Драко его догнал, тот принялся шипеть, бить крыльями и вообще драться. Гад, а не лебедь! А как больно кусался! Пришлось от него улепётывать. То есть тактически маневрировать. Драко оступился на скользких камнях и сломал ногу. Пиззи бросилась на выручку, прогнала злючего лебедя, а тут как раз из заграничного путешествия вернулся дедушка Абраксас и застал мокрого и грязного внука хнычущим от боли. А когда больно и обидно — кто же не хнычет! Вот и разразился скандал. Пиззи дед побил каким-то заклинанием и пригрозил выпороть. А Драко после визита целителя отправил под домашний арест в детскую. Мама и папа всполошились, но разве с дедом поспоришь?
Теперь вот страдай тут в темноте и одиночестве. Никто даже не принёс ему на ночь тёплого молока.
Драко потянулся за свечой, не достал. Совсем вылезать из постели было жутко — он, конечно, уже взрослый, и знает, что никакие чудовища в мэноре не водятся — кто же их сюда пустит! — но вдруг именно сегодня, когда Пиззи не сторожит, одно самое прыткое и смышлёное чудовище всё-таки пробралось в его комнату и, стоит ему ступить на паркет, — ка-а-ак выпрыгнет из-за шкафа, ка-а-ак схватит, ка-а-ак проглотит! Нет уж, под балдахином безопаснее, а свет можно зажечь Люмусом, как делают все взрослые. Ничего сложного.
Но игрушечная палочка не послушалась. На её кончике вроде бы замигал огонёк и почти сразу погас. Тогда Драко решил зажечь свечи на расстоянии. Прицелился палочкой, сосредоточился, сдвинул брови, как какой-то ужасно суровый древний предок в картинной галерее.
— Инфламаре! — Кажется, так? Почему-то ничего не вышло. Попробовать другое заклинание воспламенения? Их строго-настрого запрещено произносить без взрослых, но они сами виноваты, что оставили ребёнка погибать в темноте и одиночестве.
Себя стало так жалко, что потекли сопли. Хлюпая носом, Драко решил, что ни за что не будет плакать, высморкался и, выставив палочку, скомандовал:
— Инсендио! — И ещё раз, и ещё! Отчаяние нарастало, дурацкая палка была пустой игрушкой.
И вдруг из неё вырвалась искра, выросла до мотылька, присела на балдахин, порхнула дальше. Свечи так и не зажглись, а вот на балдахине начало разрастаться чёрное пятно, превратилось в дыру, по краям которой заплясали оранжевые язычки. Запахло дымом. На окне вспыхнул тюль. Пламя ударило в потолок. Стало светло, как днём. Драко закричал и принялся сбивать огонь подушкой.
— Пиззи! Помогите! А!
Мгновенно появилась эльфийка с надутыми щеками, она дунула на огонь, разбрызгивая воду. Столько воды вроде бы не могло поместиться у неё во рту, но хватило, чтобы разом всё потушить.
— Маленький господин не обжёгся?