Не секрет, что люди с комплексами чувствуют себя неуверенно рядом с тем, на кого хотели бы быть похожими. И сейчас Годунов ясно понял, что всегда мечтал стать таким, как его собеседник. Это не добавляло ему чувства собственного достоинства.
Своим рукопожатием черноволосый едва не сломал Сергею пальцы. Закончив, он указал на табурет рядом с собой.
— Присаживайся.
— Кажется, мы раньше не встречались?
— Нет.
— Работаешь с Тулоном? Он сказал, что ты хочешь обсудить покупку моей доли акций завода.
— Именно так. Работаю, и хочу перекупить твою долю.
— Хм… Мы с ним постоянно общаемся, но тебя я вижу в первый раз. Как тебя зовут?
— Да это неважно сейчас, — черноволосый заказал у бармена пару виски. Получив стаканы, он подвинул один из них к Годунову, — Но думаю, что после нашего разговора ты поедешь к нашему общему знакомому и потребуешь прояснить ситуацию. Мой тебе совет — не кипятись во время этого разговора.
Годунов ненавидел загадки, и ему не нравилось, как ведёт себя незнакомец. Слишком нагло и самоуверенно.
— Думаю, нет смысла расшаркиваться, — ответил он, — Ничего продавать я не собираюсь, так что…
— Погоди, погоди. Не стоит торопиться.
— А почему нет? Вроде всё просто.
— Потому что я так сказал! — взгляд черноволосого потемнел, — Меня мало волнует, что ты думаешь. Я и встретиться согласился только потому, что Тулон попросил меня не горячиться.
— Что? О чём…
— Давай ты помолчишь, а я расскажу, как обстоит дело?
Черноволосый достал из внутреннего кармана своей модной кожаной куртки небольшой бронзовый футляр и выудил оттуда сигарету. Подкурив её, он затянулся.
— Мы с Тулоном долгое время обсуждали дальнейшие перспективы сотрудничества. И ты в них никак не вписываешься, извини.
— Но…
— Никаких «но», старик, прости. Ты слишком слаб, чтобы войти в совет директоров. И грамотным планированием не отличаешься — твой цех только за последние полгода потерял больше сорока миллионов.
— Это потому, что мы переоснащали его! Теперь там установлено новое оборудование, которое отобьется за…
— Слушай, — собеседник Годунова потушил недокуренную сигарету и перебил его, — Я всё это понимаю. Но Тулон хочет защитить свои активы. А ты… Ты не тот человек, который в случае чего сможет дать отпор. Слабое звено, если угодно. Через тебя на нас могут выйти корпы, а уж они точно подгребут всё предприятие под себя. Это не входит в наши планы.
— Ты охренел, незнакомец?! — Сергей был готов броситься на черноволосого, — Ты кто такой, чтобы ставить мне такие условия?! Я тебя впервые вижу! Если Тулон хочет…
Договорить ему не дали. Парень в кожаной куртке резко выбросил руку вперёд, схватил Сергея за воротник засаленной рубашки и резко дёрнул вниз. Годунов с размаху приложился о барную стойку и почувствовал, как из прокушенной щеки бежит кровь.
В такую погоду людей в небольшом заведении почти не было — разве что двое забулдыг в дальнем конце помещения. Они тихонько заливались дешёвой водкой, так что не обратили на случившееся никакого внимания. Бармен, стоявший неподалёку, оглянулся на звук удара, но незнакомец покачал головой, приподняв полу куртки — под ней в кобуре висел пистолет. Разумеется, протирающий стаканы парень не стал вмешиваться.
— Не стоит грубить тому, кто может тебя грохнуть прямо здесь, как считаешь?
— Что тебе нужно?
— Я уже сказал — доля завода. Документы подготовлены. Завтра к тебе приедет юрист, ты всё подпишешь и получишь деньги. Всё честь по чести.
— Честь по чести? — криво усмехнулся Сергей, всё ещё прижатый к стойке, — Кажется, у тебя перепутаны понятия.
— Тебе не об этом стоит думать, Серёжа. А о том, что если откажешься — однажды в тёмной подворотне найдут твой труп с перерезанным горлом.
— Это называется…
— Да мне плевать, — черноволосый отпустил Годунова и допил виски, — Умничать будешь со своими друзьями. Я мог бы просто договориться с Тулоном и забрать твою часть завода бесплатно. Но, к твоему счастью, привык вести дела честно. Та цена, которую тебе предложат за акции — не просто подачка, а реальный расчёт, даже не сомневайся.
— Какие уж тут могут быть сомнения, — процедил Сергей, вытирая с лица кровь.
— Надеюсь, ты меня понял? Я — человек слова, Тулон подтвердит. И если я что-то пообещал — значит так и будет. Репутация есть репутация.
— Я тебя понял, — раздражённо бросил Сергей, вставая. Он едва держал себя в руках.
— Не торопись, — Василий ухватил собеседника за плечо стальной хваткой и вернул на место, — Это была не главная причина, по которой я хотел встретиться. Пока мы тут, давай проясним ещё один момент.
— Ты уже получил, что хотел! Я согласился на этот шантаж! Что тебе ещё надо? У меня нет желания продолжать разговор! — Сергей снова попытался встать, но безуспешно.
— Зато у меня есть! Сядь!
Понимая, что ничего не может противопоставить сильному молодому парню, Годунов сдался.
