Падение полностью

– Я не стану приукрашивать, – продолжила Джо. – Семью нашего капитана похитили. Его жену, десятилетнего сына и десятимесячную дочь прямо сейчас удерживают в заложниках на земле в Лос-Анджелесе. Человек, который это сделал, обещал их убить, если капитан не разобьет самолет.

Женщина в первом ряду вскрикнула так громко, что Келли вздрогнула. Папочка со скрещенными на груди руками наблюдал за пассажирами и сканировал атмосферу. Ему отводилось выслеживать возможного сообщника – кого-нибудь, кто занервничает или будет подозрительно озираться. Глянув на Джо, Папочка подбадривающе кивнул.

– Лично я летаю с капитаном Хоффманом уже около двадцати лет, – говорила она. – Я знаю этого человека. Я его знаю. Нет ни единого шанса, ни единой возможности, что он разобьет самолет. Ни единой. И больше я об этом говорить не буду, потому что говорить об этом нечего.

Но прежде чем продолжить, я хочу обратиться к тебе, – процедила Джо, сузив глаза и подавшись вперед. – К тебе, больной ты сукин сын, где бы ты ни был. Думаешь, тебе все сойдет с рук? Да ты понятия не имеешь, кто тебя сейчас ищет. И тебя найдут, я это гарантирую. И гарантирую еще кое-что.

Она поправила шарф.

– Семья, которую ты захватил? Все выживут. А этот самолет? Не разобьется.

Келли чуть расправила плечи. Папочка сжал зубы и крепче уперся ногами.

– А теперь поговорим о масках. Почему мы их выпустили? Чтобы защититься. Да, дамы и господа. Этот маньяк и нас втянул в свой извращенный план.

Джо почувствовала, как забилось ее сердце – прямо как перед важным признанием. Когда страшно и хочется сбежать или передумать, но знаешь, что никак нельзя.

– Перед посадкой он заставит капитана выпустить из кабины в салон газ. Что это за газ? Ну, это нам неизвестно. Но мы предполагаем, что это что-то плохое, и исходим из того, что это что-то плохое.

Слушайте. Что бы там ни было, никому точно не надо, чтобы вы этим надышались. Потому и потребовались маски. Бортпроводники вас проинструктируют и подготовят. Но вот что вам нужно знать в первую очередь, что нужно помнить с этого самого момента и вплоть до того, как шасси самолета коснутся земли в Нью-Йорке.

Она сделала шаг вперед.

– Мы выдержим. Мы будем работать сообща. Мы защитим друг друга. И все вместе – пассажиры, бортпроводники и пилоты – мы покажем этому чудовищу, что нас нельзя запугивать и шантажировать, а еще нас нельзя победить.

Джо замолчала. Она понятия не имела, как все это пришло ей в голову. Она поставила себе цель, открыла рот – и слова вылетели сами собой. Мысли бегали. Она что-нибудь пропустила? Она даже не помнила, что именно уже сказала.

– В детстве папа мне говорил: «Крепче держись в седле и не забывай про шпоры». Дамы и господа, у нас только один выход. Довериться друг другу и объединиться. Для нас честь быть здесь с вами и служить вам. Крепче держись в седле и не забывай про шпоры – мы начинаем.

Келли нажала на красную кнопку. Телефон со слабым писком прекратил запись.

Тео видел, как Лью положила планшет на колени. За окном фургона проносился размытый пейзаж.

– Обесчеловечить злодея, – сказала она. – Выставить капитана жертвой и героем. Настроить толпу против общего врага, чтобы отвлечь от мысли о гибели. Пробудить в них боевой дух. – Лью обернулась к Тео. – Вот это желание наплевать на авторитеты и протокол – оно у вас что, семейное?

Тео сделал вдох, чувствуя, как от гордости раскраснелись щеки.

– Так точно, мэм, – ответил он, не в силах сдержать улыбку.

– Она не… Погоди, а она сказала про Вашингтон?

– Нет, мэм, – ответил другой агент.

Лью покачала головой.

Тетя Джо находилась в тысячах миль от них – но умудрилась задеть за живое даже Лью. Тео обожал свою тетю.

– Мэм, прибыли, – сказал водитель, подъезжая к обшарпанному торговому ряду. Небольшую площадь окружали пустые витрины с выцветшими очертаниями бывших вывесок. На парковке торчали горшки с разросшейся зеленью и засохшими деревцами. Там же стоял брошенный бордовый седан с двумя спущенными шинами и толстым слоем пыли на лобовом стекле.

Какие-то признаки жизни были в конце парковки. Под перегоревшим уличным фонарем, под покровом тьмы, сразу два парковочных места занимал большой серебристый внедорожник, бросаясь в глаза своей новизной. В осеннем небе уже сгущались сумерки – но окна автомобиля были закрыты солнцезащитными экранами, скрывая от отряда «Альфа» то, что происходило внутри.

– Паркуйся за ним. – Лью показала на горшок с большим деревом.

Машина, покачнувшись, остановилась.

– Ну все, псих, – сказала Лью. – Дубль два.

Кэрри следила, как по щеке Сэма сбегает капля пота. На мгновение она застыла на подбородке, а потом упала на рукав, оставив темный кружок на серой форме «КэлКом».

В тесном замкнутом пространстве стало жарко. Футболка Кэрри липла к телу там, где она прижимала к себе Элизу. Блестевшие от пота волосы Скотта пристали ко лбу.