Я прошел мимо трех дверей и остановился у четвертой, пихнул ключ в ржавый замок и открыл дверь. Посреди комнаты стояла большая кровать, потертая от жара. Маленькое окно было разбито, позволяя кошмарным звукам города наполнять пространство. Свежий слой пепла лежал на полу. Я рискнул и втянул Гвен за собой, затем закрыл дверь. Я осмотрел комнату в поисках всего, что я мог использовать, чтобы забаррикадировать дверь. Последнее, что мне было нужно, чтобы какой-нибудь демон вломился сюда и нашел ее здесь одну, пока меня будут пытать до полусмерти внизу. Я подошел к изъеденному коррозией комоду и стал толкать его к двери, пепел поднялся в воздух и ужалил нос и легкие. Я закашлялся, но дотолкал комод на место.
Я мог вытерпеть многое. Так я жил. Так я умер. Но я не мог оставаться здесь дольше, в этой коже, с этой девушкой. Я повернулся, перелез через комод, пока не оказался в куче пепла на полу. Я посмотрел на Гвен. Она сидела на краю кровати, дрожа, наблюдая за мной с явным страхом в глазах.
- Что ты согласился ему дать за эту комнату? - спросила она.
Я выпрямился и смахнул пепел со своих штанов, отказываясь смотреть ей в глаза. Она не хотела получить такой ответ. Если я ей отвечу, это ничего не изменит.
- Никого не впускай. Слышишь меня?
Я прошел в ванную и поблагодарил Бога, когда нашел грязную керамическую ванну в центре комнаты. Гвен мялась в дверном проеме, наблюдая за мной. Ожидая. Я покрутил вентили, и ванна начала заполняться холодной водой.
- Истон, - потребовала она. Слышать от нее требование - показалось странным. - Ответь мне.
Игнорируя, я прошел мимо нее и нашел осколок стекла на полу. Я наступил на него, затем взял кусочки и положил их на комод.
- Прислушивайся звукам. Когда почувствуешь вибрацию, иди в ванну. Ныряй под воду. Настолько, насколько потребуется. Стены должны сдержать огонь, но жара все равно будет слишком много. Понятно?
Она широко распахнула глаза и выглядела очень потерянной и испуганной. Когда она не ответила, я схватил ее за плечи и тряханул.
- Скажи мне, что поняла, Гвен.
- Я... я поняла.
- Хорошо. - Прежде чем сказать что-то еще, я прижался губами к ее лбу, на мгновение задержался, и ее трясущиеся руки уперлись в мою грудь. Я должен был отстраниться от нее. Вместо этого я нежился в этом ощущении, ненавидя себя за то, что начинал нуждаться в этом. Моя нужда становилась опасной вещью. Я не привык так действовать. - Не забудь.
Я отстранился, а она наблюдала за тем, как я шел к полуоткрытому окну. Я уперся плечом и открыл его.
- Истон! - Я повернулся туда, где она стояла, прижав руки к груди. - Не ходи. Мы можем уйти. Прямо сейчас. У нас нет необходимости здесь оставаться.
Я знал, что ей было нужно от меня. Ей было нужно, чтобы я поддержал ее. Сказал ей, что все будет хорошо. Может быть, если бы она была кем-то, кто мог быть моей. Но она таковой не была. Она была Гвен. И я не мог врать ей. Все было не в порядке. В этом месте никогда так не было.
- Не волнуйся, Рыжая. Там нет ничего такого, с чем бы я не смог справиться.
Я выбрался наружу, в покрытый пеплом мир. Пришло время платить по счетам.
Пол под кроватью вибрировал в такт приглушенной музыке внизу. С другой стороны стены, кто-то кричал, кричал, кричал. Я схватилась пальцами за пружины матраса, гадая, остановятся ли они когда-нибудь. Если они застряли в ловушке в этом адском месте на всю оставшуюся вечность, вероятно нет. Где-то кричал Истон. Я не слышала его. Но чувствовала. Его боль. Его отчаяние. Это шло через хрупкую связь, которая связала нас вместе, показав мне вещи, о которых он никогда не хотел, чтобы я знала. Где-то он страдал. Ради меня. Я зажмурилась, но слезы все равно потекли. Они скатились по щекам и зашипели на все еще дымящихся пружинах. До этого я никогда не плакала. И плакать мне не нравилось.
Я дрожала, несмотря на жар, жалея, что у меня не было своей одежды. Ужасная кожа, которую я надела, теперь лежала на комоде и сушилась. Когда печь взорвалась, я сделала так, как сказал Истон, и погрузилась в воду, пока огонь не стих. К моему удивлению почти все в комнате выстояло против жара. Думаю то, что могло гореть, давно сгорело. Я не могла не задуматься, куда Истон пошел, чтобы спрятаться. Он спрятался? Мерзкое чувство пузырилось во мне, и я схватилась за живот, чтобы успокоить его. Истон должен быть в порядке. Если это не так...
Я сжалась в комок, шепча тихую молитву, а затем услышала это. Скрежет у окна. Я вся замерла, парализованная страхом. Окно открылось, и кто-то... что-то ввалилось внутрь. Постанывая, поднялось с пола, и я вскочила с постели, когда темные облака пульсирующей боли окутали меня.
- Истон?
Он встал на колени и отстегнул ремешок своего пояса и косу, позволяя им упасть на пол. В темной комнате не было видно его лица. Я боялась увидеть. Мне нужно было увидеть. Он забрался на кровать и рухнул рядом со мной.
